«Хм, — задумался я. — Щит все равно останется дерьмом, даже с пятнадцатипроцентным улучшением. А вот анализ или предвидение…» Учитывая предстоящий поход в неизвестность, возможность заранее обнаружить ловушку или получить более точную информацию о враге казалась более ценной.
«Хм, — задумался я. — Щит все равно останется дерьмом, даже с пятнадцатипроцентным улучшением. А вот анализ или предвидение…» Учитывая предстоящий поход в неизвестность, к той далекой башне, возможность заранее обнаружить засаду или ловушку, или получить более точную информацию о потенциальном противнике издалека, казалась чертовски привлекательной. Анализ уже один раз неплохо себя показал, дав инфу по слабым местам тварей. «Предвидение» же пока работало как сломанный барометр — что-то там предчувствовало, но без особой конкретики.
Решение пришло довольно быстро. Информация — это жизнь, особенно в моем положении.
«Система, вкладываю пятьдесят единиц опыта в усиление функции 'Биометрический анализ цели», — отдал я команду.
Снова это легкое, едва заметное покалывание в висках, будто нейроны активно перестраивались.
«Ну что ж, неплохо, — кивнул я сам себе. — Теперь, возможно, я смогу заранее понять, насколько силен противник, не только физически, но и в плане какой-нибудь местной магии, если она тут есть». А то, что она тут есть, я почти не сомневался, учитывая весь этот «Имперский Протокол» и «Волю Императора».
Остаток дня я провел в подготовке. Подточил свое импровизированное копье из клыка бронерыла о камень, нарезал еще лиан, сплел из них что-то вроде примитивной перевязи, чтобы удобнее было носить свои немногочисленные трофеи и припасы. Попытался смастерить ловушки на мелкую дичь у входа в пещеру, но без особых навыков и инструментов это было больше похоже на детские игры.
Когда два солнца окончательно скрылись за горизонтом, и на лес опустилась густая, чернильная тьма, я снова развел небольшой костерок. Приготовил еще порцию «деликатесной» коры, на этот раз добавив в нее какие-то съедобные на вид коренья, которые система пометила как безопасные. Вкус не улучшился, но калорий стало больше.
Пещера, освещенная лишь тусклым светом костра, казалась единственным островком безопасности в этом враждебном мире. Я сидел, прислонившись спиной к холодной каменной стене, и пытался составить план на ближайшие дни. Поход к башне — это серьезное предприятие. Мне нужна была еда, вода, и, желательно, какая-то карта, хотя бы самая примитивная.
«Имперский Протокол» молчал, не предлагая никаких гениальных решений. Видимо, его повреждения были слишком серьезны, чтобы он мог выполнять функции полноценного навигатора или советника.
Я уже начал клевать носом, усталость брала свое, когда какое-то шестое чувство, отточенное годами службы, заставило меня резко вскинуть голову. Костер почти погас, остались лишь тлеющие угли. В пещере было темно и тихо. Слишком тихо.
Сообщение системы вспыхнуло в сознании одновременно с тем, как я услышал тихий, едва уловимый шорох у самого входа в пещеру. Не тот тяжелый топот, как у бронерыла, а что-то… скользящее.
Я замер, превратившись в слух, рука сама собой нащупала копье-клык. Вход в пещеру я замаскировал ветками, но это была слабая защита.
Шорох повторился, уже внутри пещеры. Что-то большое и гибкое медленно двигалось во тьме, почти бесшумно. Я задержал дыхание, пытаясь определить его местоположение. От твари исходил едва уловимый, но неприятный запах, напоминающий запах сырой рыбы и болота.
И тут, в свете догорающих углей, я увидел ее. Огромная змея. Ее тело было толщиной с мое бедро, а длина… трудно было сказать в полумраке, но явно не меньше пяти-шести метров. Чешуя тускло поблескивала, отливая темно-зеленым. Голова, треугольная, с немигающими желтыми глазами, медленно поворачивалась, изучая пещеру.