«Очень высокий уровень угрозы, — мелькнула мысль. — Система, ты просто не перестаешь меня радовать своим оптимизмом. Не ядовит, но душит. Какая прелесть».
Змея, похоже, меня еще не заметила. Она медленно ползла вдоль стены, ее длинное тело извивалось, как живая река. Я понимал, что если она меня обнаружит, шансов у меня будет немного. В узком пространстве пещеры ее преимущество в силе и гибкости было подавляющим.
Нужно было действовать первым. И действовать наверняка.
Я медленно, стараясь не издать ни звука, поднял копье. Сердце колотилось так, что, казалось, его стук слышен на всю пещеру. Змея была уже в паре метров от меня, ее голова приближалась к остаткам костра.
Это был мой шанс. Когда ее голова оказалась прямо напротив меня, я с отчаянным рыком рванулся вперед, вкладывая в удар всю свою силу и ярость. Острие клыка бронерыла было нацелено точно в ее треугольную башку.
Змея отреагировала с молниеносной быстротой. Она не уклонилась, а наоборот, метнулась мне навстречу, широко раскрыв пасть. Но мой удар был быстрее. Копье с отвратительным хрустом вошло ей точно между глаз, пробив череп.
Раздался оглушительный шипящий рев, от которого заложило уши. Змея забилась в конвульсиях, ее огромное тело начало метаться по пещере, сметая все на своем пути. Я едва успел отскочить, чтобы не попасть под ее смертоносные кольца.
Но удар, хоть и был точным, не убил ее на месте. Раненая, обезумевшая от боли тварь превратилась в слепую, разрушительную силу. Ее хвост с силой ударил по стене, посыпались камни.
И тут произошло то, чего я боялся больше всего. В одном из своих хаотичных движений змея обвила мои ноги. Я почувствовал, как стальные мышцы начинают сжиматься, лишая меня возможности двигаться. Еще мгновение — и она начала подниматься выше, обвивая мое туловище.
«Только не это!» — мелькнула паническая мысль. Я пытался вырваться, бил ее остатками копья (древко сломалось при первом ударе), но все было бесполезно. Кольца сжимались все сильнее, выбивая из легких воздух. Я чувствовал, как хрустят мои ребра. Перед глазами поплыли красные круги. Сознание начало угасать.
«Нет… не так…» — прохрипел я, делая последнюю, отчаянную попытку. Я нащупал второй клык бронерыла, который был у меня за поясом. Руки почти не слушались, но я сумел вытащить его.
Змея сжимала меня, ее голова с пробитым черепом и вытекающим из раны мозгом была где-то рядом с моим плечом. Я из последних сил, уже почти теряя сознание от удушья и боли, нанес удар. Короткий, яростный. Клык вошел ей точно в основание черепа, в то самое уязвимое место, о котором говорила система.
Хватка на мгновение ослабла. Я судорожно вдохнул немного воздуха. И ударил снова. И снова.
Наконец, после нескольких ударов, тело змеи обмякло. Ее кольца медленно разжались, и я рухнул на пол, задыхаясь, кашляя, чувствуя, как по всему телу разливается острая боль.
Я лежал на холодном камне, глядя в темноту, и пытался отдышаться. Это было на грани. Еще немного — и я бы точно отправился к праотцам, на этот раз окончательно.