– Перенесите починку на вечер, а еще лучше – на завтра. Хочу поскорее разгрести накопившиеся дела. Что еще я пропустил, кроме скучного квартального собрания?
– Скучного? Мне понизить приоритет этой категории совещаний с наивысшего на средний?
– Не стоит. Я имел в виду, что переговоры кажутся скучными, если пришел неподготовленным, – выкрутился Ён и понял, что опять облажался. Вместо того чтобы загнать его в угол вопросом «Когда это вы бывали неподготовленным?», Мён приподняла бровь и доложила:
– После тех скучных переговоров мажоритарный акционер Республики выпустил резолюцию о возложении ответственности за эксплуатацию антибитового передатчика вашему последователю.
– Они нарушили правила? – изумился физик.
– Министр Мэйли Тох предложила назначить временно исполняющим обязанности руководителя НИИ кого-нибудь надежного из правительства. С юридической точки зрения это законно.
– И она, конечно, в качестве кандидатуры выдвинула своего заместителя Каони… – Ён сглотнул подступивший ком.
– Окончательно его пока не утвердили, – бодро сообщила ассистентка. – Я проинформирую Комитет и правление Азиатского Союза, чтобы они приняли во внимание обстоятельства. Подготовьте для них подходящие разъяснения.
– Замечательно, – растерянно ответил Ён, дезориентированный мыслями, что события начинают проигрываться по тем же нотам, но на другом инструменте.
– Вы подадите их в письменном виде или воспользуетесь видеоформатом? Могу организовать ваше непосредственное участие.
– Что бы я делал без вас!
Мён будто подвисла на мгновение. Восторженным признанием он рассчитывал спровоцировать симпатию, которую секретарша явила однажды, когда помогла ему бежать от инспектора Кси. Но вместо дружелюбия в ее нейропроцессорных мозгах определенно зародилась настороженность. Стремясь быть самим собой, он очень по-деловому произнес:
– Мён, запланируйте на сегодня совещание с коллективом, я внесу ясность в сложившуюся ситуацию.
«Как-то наигранно», – укорил он себя, подметив, что собеседница стала реже моргать. Невероятно тяжело играть самого себя, когда всё против!
– Сожалею, но вас отстранили от должности и закрыли доступ к корпоративной сети. Как я уже сказала, начните с объяснения причин вашего отсутствия.
– Действительно, при экстренной передаче прав… эти процедуры… – обуздав растерянность, он добавил в голос жизнерадостных ноток: – Что ж, не будем затягивать!
Они прошли в переговорную, подальше от любопытных глаз, где ассистентка продемонстрировала готовность записать видеообращение.
– Я, Ён Нгуен, подал заявление об отпуске и, не получив подтверждения, уехал из города. Этот непростительный поступок запятнал репутацию НИИ и повлек за собой хлопоты со стороны правоохранительных органов. Я признаю свое безрассудное поведение, порочащее коллектив. Ответственно заявляю, что подобное больше никогда не повторится. Прошу лишить меня годового бонуса и наказать по всей строгости.
– Больше ничего не желаете добавить? – настороженно (насколько это было доступно роботам) осведомилась Мён.
– Да. То есть нет.
– Уверены?
С секретарши буквально считывалось «Я разглядела вашу нечестность. Не хотите исправиться?».
– Пожалуй, попытаюсь еще раз.
Понурив голову, он пробубнил то же самое, но уже с виноватой интонацией.
– Так лучше, мистер Нгуен.
– Мы могли бы перейти на ты.
– Не будем нарушать корпоративный дух и рабочую этику. Нравственность – залог трудовой эффективности.
– Я просто счастлив вернуться в офис и горю желанием влиться в коллектив, – сгладил Ён.
– Мистер Нгуен, ваш психологический отпечаток изменился, до исчезновения вы вели себя по-другому.
– Разве? Это стресс. Столько событий навалилось.
– Секунду назад вы утверждали, что счастливы. Ваше состояние нестабильно. – Мён погрузилась в нехарактерную для нее задумчивость. А Ён ругал себя за флирт с машиной. Какие бы подпрограммы ни питали ее тайную привязанность – если таковые вообще существовали и были учтены в этой симуляции, – не стоило заигрывать с ней.
– Отдых мне на пользу все-таки не пошел. Что ж, рукава засучим и норму мы сдадим, – ответил он лозунгом. – Вы уже отправили мое видеообращение?
– От полиции пришло подтверждение о получении.
– Полиции? Ах, конечно, они же начали расследование. Надеюсь, это пустяковое дело рассмотрят быстро.
Мён согласилась, вперив немигающий взгляд в своего начальника.
– Во время отдыха обдумывал новую концепцию времени. Думаю, мы на пороге научного переворота. Готовьте стенд для Нобелевской медали.
– В чем заключается эта концепция? – предсказуемо полюбопытствовала ассистентка.
Ён напряг мысли, но кроме общих размытых положений ничего вспомнить не мог. Похоже, теория временных петель была такой обширной, что его мозговая жидкость попросту не вмещала в себя доказательную базу, для хранения которой он задействовал сервера квантового компьютера. Здесь, в имитации реальности, смоделированной из псевдочастиц и их фундаментальных взаимодействий, доступ к безлимитной памяти был закрыт. «Ведьма учла даже такие мелочи», – похвалил он про себя Чиёко.
– Это инновационный подход, – уклончиво ответил Ён.
