Щелчком пальца он превратил тени в узоры из колючих лоз. Они изгибались вдоль естественного изгиба моей талии, визуально подчёркивая её, даже с моей точки зрения. Оптическая иллюзия, которая формировала заросли вдоль торса, прежде чем распуститься кружевными цветами по обе стороны от моего шрама, закрывая грудь.
— Хм, что делать со шлейфом? — Дарьен провёл рукой по гладкому подбородку, обойдя меня, оценивая своё творение критическим взглядом. — Полнее. Да, вот что нужно, но как… ах! — Он щёлкнул пальцами Себиану. — Моя сумка. Там, у окна. Быстро.
— Я вроде не платил тебе за поручения. Раньше ты гнался за мной по замку за мерной палкой, — тяжело выдохнув, Себиан схватил кожаную сумку, лежащую на скамье под окном, и перекинул через плечо. — В следующий раз приводи свою… спутницу.
Дарьен издал испуганный крик, прежде чем поймать звенящую сумку обеими руками, прижав её к груди, взгляд его резко устремился на Себиана. — У неё нет чувства прекрасного, и она постоянно мешает моему творчеству.
— Она? — Я снова посмотрела на его платье, глубокий вырез оголял плечи и редкие пряди волос между грудными мышцами. — Я думала, ты… ты…
— Любитель другой стороны человечества? — он цокнул языком, повесил сумку на широкий пояс на тонкой талии и достал белесый камень, держа его на раскрытой ладони. — Дорогая, прежде всего, я — любитель платьев. Как я могу их не любить? Рюши, люверсы, складки, кружева, слои. И это… — Его кулак обрушился на камень, позволив ему рассыпаться. Изнутри появились тени, плетущиеся в форму цветка розы в полном цвете, с лепестками. Он осторожно прикрепил изящное украшение к моему шлейфу, пришив теневыми нитями.
— Брюки, рубашки, жилеты. Зачем мне тратить время на банальное, если я могу создать это? Носить это?
Я с восторгом наблюдала, как он раскалывает один камень за другим, превращая моё платье в сад цветов и ворон, восседающих на лозах между ними.
— Что это? — спросила я.
— Соляной кристалл, — ответил Себиан. — Если присмотреться, можно увидеть, как тени извиваются внутри.
Стоило лишь взглянуть на Дарьена с надеждой, и он вложил в мою ладонь один из соленых кристаллов. Я повертела его между пальцами, наблюдая, как чёрные нити внутри слегка шевелятся. Удивительно красиво.
Дарьен забрал у меня камень, расколол его и вплёл из тёмной розы, вырвавшейся наружу, узор в моё платье.
— Создание таких украшений занимает у меня многие дни.
В это верилось без труда.
— А что ещё можно хранить в них?
— Любую теневую магию, — ответил Дарьен. — Но куда важнее хранение нитей. Без нас, ткачей, все ходили бы голыми.
Я посмотрела на Себиана.
— Мы должны вплетать перья теней в нашу одежду, оружие, самые важные вещи, — сказал он. — Чтобы они могли меняться вместе с нами.
Я опустила взгляд на, пожалуй, самое прекрасное платье во всех королевствах, и была совершенно очарована новым знанием.
— Я буду самой прекрасной невестой во всей Дранаде, — ровно как говорила Риса…
— Невестой? О, дорогая, не оскорбляй меня, — Дарьен тихо рассмеялся, поправляя шнуровку на плечах. — На создание свадебного платья мне понадобится две недели. Это же ты наденешь на свой кьяр.
— На мой что? — спросила я в тот же миг, как стая воронов влетела через проём над окном.
— На твой кьяр, — Малир всё ещё складывался из теней и перьев рядом со мной, его перистое прикосновение скользнуло по моему шраму, и тут же его палец заменил ощущение, наполнив воздух ароматом зимы и лемонграсса. — Где я стану ухаживать за тобой.
— Ухаживать? — из уст любого другого это прозвучало бы романтично, но не из его. — Какое ужасающее слово.
Уголки его губ дёрнулись.
— Согласен.
— Не думал, что ты решишься на кьяр, — Себиан прислонился спиной к книжному шкафу, сунув руки в карманы штанов. — Как романтично.
Малир закатил глаза.
— Разве не ты сказал, что нам всем не помешает немного веселья? Кьяр как раз даёт множество поводов для него.
Я перевела взгляд с одного на другого.
— Кто-нибудь объяснит мне наконец, что это за кьяр?
— Что-то вроде обряда обручения, — сказал Себиан. — Мужчина будет кормить тебя, ухаживать, дарить подарки. И, э-э… летать с тобой? — он нахмурился, глядя на Малира. — И как ты собираешься это провернуть?
Малир лишь пожал плечами, снова облачённый в один из самых изысканных жилетов-корсетов, какие я видела, серая рубашка под ним была расшита серебряными лунами и звёздами.
— Большинство кьяр между нашими народами обходились Танцем Десяти Перьев. Так будет и с этим.
Постепенно под кожей зашевелилось беспокойство.
— Но… я ведь не знаю этого танца.
— У тебя есть два дня, чтобы выучить его, — с хищной улыбкой сказал Малир. — Я публично объявил о кьяре и пире, что состоится вместе с ним, меньше часа назад.
Пир.
Одно это слово вернуло воспоминания, которых я предпочла бы не иметь. Я умоляюще посмотрела на Себиана, но тот лишь откинул голову к книгам и протянул:
— Это танец для знатных воронов, не для сынов фермеров вроде меня.
