— А кто-то потом отслеживает результаты? Какие-то тесты?
— После психмашины? Да ну что вы? — Эмери рассмеялся бы, не будь он избит, помят и грязен.
Было видно, что униженное положение мучает его сильнее боли. Он исподтишка не только растирал запястья, но и разглаживал свой измятый комбинезон.
Драгое посмотрел на своего психотехника, тот кивнул.
Впрочем, и так было понятно, что начмед не врёт. Не было тут никаких скользких тем, и вопросы, скорее, удивляли его, чем напрягали.
— Почему вы перевелись с «Персефоны» на Север, Эмери? — спросил капитан Пайел.
— Я? — растерялся тот. — Я… Пришёл вызов.
— Вы не понимали, что больше не подчиняетесь Северному командованию медкластера? — нахмурился Драгое. — Империя Севера вступила в войну с Объединённым Югом. Ваше начальство осталось на Севере!
— Я п-понимал, — растерялся начмед. — Но я не подумал, что… Это был обычный стандартный вызов. Не могли же они ничего не решить? Только потом стало понятно, что я уже по другую сторону границы. Меня никто не спрашивал, понимаете?
— И сотрудничать с хаттами вы, разумеется, тоже не собирались? — усмехнулся Драгое.
— Я? — удивился медик. — Зачем? Почему — хатты? Я был все в эти дни в лаборатории. Я не понимаю, что тут вообще происходит? — он уставился на мрачную физиономию психотехника. — Это допрос?
— Ну, пожалуй, ты прав, Молодой, — кивнул Драгое, поворачиваясь к капитану «Персефоны». — Он не врёт. Сидел в своей лаборатории, как старая крыса. Никуда не вникал. Вызвали — улетел на Север. И доигрался до пожизненного.
— Д-да что с-случилось вы м-можете сказать? — начмед начал заикаться.
— Да ничего особенного, — отозвался Драгое. — Мы просто обнаружили у развязки рядом с системой Кога — ангар на четыре судна. Три из них оказались североимперскими, а одно — хаттским.
— Ха-хаттским? — медик схватился за голову. Известие потрясло его.
Может, медики тоже проходят психообработку, и в курсе происходящего была только малая группа северян из высшего командования?
Капитан Пайел выразительно посмотрел на Драгое. Тот пожал плечами и вызвал конвой.
— Ну, что скажешь? — спросил капитан «Персефоны», когда начмеда увели.
— Скажу, что северяне не готовились к контактам с хаттами. Или готовились, но на отдалённую перспективу. Им пришлось действовать быстро, с колёс, иначе почему экипажи кораблей не проходили какой-то особенной обработки?
— Значит, и нам надо действовать быстро. Северное командование не остановится перед тем, чтобы нафаршировать своих людей ненавистью к Югу. Найдётся у них и такая психопрограмма.
Драгое кивнул:
— Скверно всё это.
— Ну так отдашь медика?
— Я подумаю, хорошо?
— О чём тут ещё думать?
Капитан «Ирины» нахмурился и не ответил. Аргументов у него не осталось, но личная картина мира просто не вмещала служебный подлог.
— Господин капитан! — в техотсек вбежал дежурный и обратился к Драгое. — С вами пытается связаться начальник медгруппы. Видимо, тут сигнал сбоит.
— Что ещё такое? — нахмурился капитан «Ирины».
Он провёл ладонью над спецбраслетом, выводя наверх актуальные подключения. Нашёл красный, мигающий медицинский маячок.
— Да, Мухамед? Что у тебя там?
— Бойца осмотрели — состояние прогнозируемое, господин капитан. Но тут с вами хочет здешний начмед переговорить. С глазу на глаз.
Дальнейшего разговора капитан Пайел не услышал, Драгое воспользовался наушником. Но по его улыбке было понятно: это та самая группа медиков, которая час назад выдвинулась на «Персефону».
Капитан Пайел терпеливо ждал, похоже было, что рыба клюнула.
Драгое дослушал, скривил губы. Посмотрел на Молодого.
— Твой начмед клянётся, что у него на тебя — целый чемодан компромата, — усмехнулся он. — Просится к нам. Говорит, готов свидетельствовать, что ты преступник и бандит. Ты бандит, Молодой?
— А кто же ещё? — весело удивился капитан Пайел.
— Бандит, бандит, — покивал Драгое. — Я в твоём возрасте был попроще. Это ж надо — целый чемодан на тебя завели?
— Да у него маленький чемоданчик, медицинский, — скупо рассмеялся капитан Пайел. — Ришату его отдашь, вдруг он чего про меня не знает?
Драгое посмотрел на всё ещё мигающий красным маячок и сказал:
— Мухамед, слышишь меня? Хорошо. Пусть летит с тобой. Возвращайтесь на «Ирину».
Он закрыл подключение и поднял на капитана «Персефоны» смеющиеся глаза. Начмеда с чемоданчиком компромата ему было ни капли не жалко.
Трусость, клевета на вышестоящего по званию…
Медикам теперь придётся привыкнуть, что военное командование крейсером — это их начальство. И отвечать за клевету на капитана придётся перед контрразведкой.
— Может, всё же отдашь Эмери? — спросил капитан Пайел.
Драгое вздохнул. Понятно было, что ему очень не хочется участвовать в этом странном размене.
— Я подумаю, — повторил он.
Капитан Пайел кивнул и начал прощаться.
На «Персефоне» в этот момент Дерен и зампотех капитан Келли «провожали» на «Ирину» начмеда.
Глазами провожали, отслеживая, что происходит в медотсеке, через камеры.
— Дерен, ты это… — сказал вдруг Келли, открывая со своего браслета незаполненный транзитный файл. — Транспортку подпиши?
— Пустую? — слегка удивился тот. — А кто полетит?
