времени навещал их, – ты не какой-нибудь глупый скупец,
которого тешит в червонцах золотой их блеск, власть, ко-
торую они дают своему владельцу, – вот чем ты дорожишь!
Что в том, что все это еще не в твоих руках? Ты любишь
красоту, когда сам ты – жалкий, уродливый, бессильный
старик? Вот та приманка, которая привлечет самую кра-
сивую пташку. Ты слаб и немощен, над тобою тяготеет
гнет сильного? Вот то, что вооружит на твою защиту
кое-кого посильнее, чем жалкий тиран, перед которым ты
дрожал. Тебе потребна роскошь, ты жаждешь выставить
напоказ свое богатство? В этом темном сундуке заперта не
одна цепь привольных холмов, пересеченных долинами, не
один прекрасный лес, кишащий дичью, и покорность ты-
сячи вассалов. Нужна тебе милость при дворах светских
или духовных владык? Улыбки королей, прощение старых
твоих преступлений папами и священниками и терпимость,
поощряющая одураченных духовенством глупцов пус-
каться на новые преступления? Все это святейшее попус-
тительство пороку покупается на золото. Даже месть, ко-
торую, как говорится, боги оставляют за собой – не усту-
пать же человеку самый завидный кусок! – даже месть
можно купить на золото! Но в мести можно достичь успеха
и другим путем – высоким искусством, и такой путь куда
благородней! А потому я приберегу свое сокровище на
другие нужды, а месть свершу gratis59, более того – к тор-
жеству отмщения обиды я прибавлю сладость приумно-
женных богатств!»
Так размышлял Двайнинг, когда он, вернувшись от сэра
Джона Рэморни, прибавил к общей массе своих накопле-
ний золото, полученное за разнообразные услуги, затем,
полюбовавшись минуты две на свои сокровища, он запер
на ключ тайник и отправился в обход пациентов, уступая
проход у стены каждому встречному, кланяясь и снимая
шляпу перед самым скромным горожанином, владельцем
какой-нибудь жалкой лавчонки, или даже перед подмас-
терьем, еле-еле зарабатывающим на хлеб трудом своих
мозолистых рук.
59 Бесплатно (лат.)
«Мерзавцы, – думал он про себя, делая поклон, – под-
лые, скудоумные ремесленники! Знали бы вы только, что я
могу отворить этим ключом! Злейшая непогода не поме-
шала бы вам снять шляпу предо мной, самая гнусная лужа
среди вашего городишки не показалась бы вам слишком
мерзкой, чтобы пасть в нее ниц, благоговея пред владель-
цем такого богатства! Но я еще дам вам почувствовать мою
силу, хотя мне нравится прятать ее источник. Я стану ин-
кубом для вашего города*, раз вы отвергли меня и не из-
бираете в городской совет. Я, как злой кошмар, буду гнать
вас и душить, оставаясь сам невидимым… А этот жалкий
Рэморни туда же! Потеряв руку, он, как бедный ремес-
ленник, утратил с нею единственную ценную часть своего
существа – и он еще осыпает меня оскорблениями, как
будто хоть что-нибудь из всего, что может он сказать, в
силах пошатнуть стойкий ум, подобный моему! Обзывая
меня плутом, мерзавцем или рабом, он поступает не умнее,
чем если бы вздумал развлекаться, выдергивая мне волосы
в тот час, когда я держал бы в руке пружины его сердца. За
каждое оскорбление я тут же могу отплатить телесным
страданием или душевной болью… Хе-хе! Надо сознаться,
я не остаюсь у рыцаря в долгу!»
В то время как лекарь тешился своею дьявольской ду-
мой и, крадучись, пробирался по улице, за его спиной по-
слышались женские голоса.
– А, вот он, слава пречистой деве! Во всем Перте кто,
как не он, поможет нам сейчас! – сказал один голос.
– Пусть там говорят о рыцарях и королях, воздающих за
обиды, как это у них называется, а мне, кумушки, подайте
достойного мастера Двайнинга, составителя лекарств! –
добавил другой.
В ту же минуту лекарь был окружен и схвачен гово-
рившими – почтенными матронами славного города Перта.
– В чем дело? Что такое? – усмехнулся Двайнинг. – У
кого тут корова отелилась?
– Не в отёле на этот раз дело, – сказала одна из женщин.
– Умирает бедный малыш, потерявший отца. Иди скорее с
нами, ибо все наше упование на тебя, как сказал Брюс До-
налду, Властителю Островов*.
– Opiferque per orbem dicor60, – сказал Хенбейн Двай-
нинг. – От чего умирает ребенок?
– Круп у него… круп, – запричитала одна из кумушек. –
Бедняжка хрипит, как ворон.
– Cynanche Irachealis61. Эта болезнь быстро вершит свое
дело. Немедленно ведите меня в дом, – продолжал врач,
который зачастую оказывал помощь больным бесплатно –
невзирая на свою жадность, и человеколюбиво – несмотря
на свой злобный нрав. Так как мы не можем заподозрить
его в более высоких побуждениях, возможно его толкали
на это тщеславие и любовь к своему искусству.
Тем не менее в этом случае он, пожалуй, уклонился бы
и не пошел к больному, знай он, куда его ведут добрые
кумушки, и располагай временем придумать отговорку. Но
лекарь не успел сообразить, куда идет, как его чуть ли не
втолкнули в дом покойного Оливера Праудфьюта, откуда
доносилось пение женщин, обмывавших и обряжавших
тело покойного шапочника к назначенному на утро обряду.
