Вот только их кавалеры рады были этим привязкам. Они ведь сами их провоцировали – кто-то ради приятного вечера в обществе девушки, кто-то для стабильных долговременных отношений. А мой возлюбленный? Он же вообще никаких намёков на личные симпатии не делает. Непонятно, чего он хочет. О влечении не говорит, сводит всё к бытовым нуждам. То ли избегает обвинений в умышленном создании привязки, то ли думает, что сам мне не симпатичен, то ли я не в его вкусе. Складывается впечатление, что его заботят только вопросы выживания на неизвестной планете. Чтобы мы оба просто остались живы и здоровы.
И это плохо. Мне, как ни крути, привязку сбивать нужно будет, иначе как я замуж-то выйду? Ладно бы Джер проявил во мне заинтересованность, а то ведь его уговаривать придётся. И гипноз на него не действует. Нейла вон с лёгкостью внушила несчастному послу Горайды подобное желание, правда, с намерением напакостить, но у неё так просто это получилось. А тут полный иммунитет к дорлитарскому влиянию. Тащить же в постель мужчину, который тебя не хочет, – унизительно, позорно и гадко. Не уверена, что я смогу до такого опуститься…
Пробуждение оказалось не таким приятным, как предвкушающее томление накануне. Ощущение пустоты, потери и подстёгивающее нетерпение вернуть утраченное – вот что меня разбудило, заставив открыть глаза.
Милбарца рядом не было. И это мгновенно вызвало в душе недовольство и тревогу. Ну и куда рванул мужчина, которого так не хотело отпускать моё тело? Разведать местность и найти пищу? Мысль, что он мог меня бросить, я сразу отвергла. Глупо не доверять тому, кто помогал и заботился.
Я приподнялась на локте, осматриваясь.
Костёр, почти потухший, уже не давал столько тепла и света, но со стороны колодца шахты лился мягкий свет. Оттуда же раздавались мерные звуки падающих капель. С другой стороны туннеля, куда, видимо, уходили шахтеры за ултризом, тоже слышались шорохи.
– Джер! – крикнула я, скорее чтобы обозначить, что проснулась, чем от испуга.
Шорохи превратились в шаги по каменному крошеву, потом стали более гулкими, когда тяжёлые сапоги ступили на утрамбованные участки тоннеля. Через секунду на свет вышел и сам милбарец.
– Там тупик. Видно, добытчики забросили эту шахту. Думали, что доберутся до качественного топлива, а тут лишь одна дрянь. Придётся поверху идти.
Он присел около костра, поворошил снятым с бластера дулом угли и лишь после этого посмотрел на меня.
И вновь я осталась в замешательстве – в карих глазах были насторожённость, беспокойство, забота, но ни намёка на то, что после ночёвки он ко мне что-то испытывает.
– Выспалась? Идти готова? Или хочешь ещё отдохнуть?
– Если я девушка, это значит, что ни на что стоящее не способна? – обиделась я и встала, поднимая и отряхивая от земли бывшие юбки. Задумалась, стоит ли их брать с собой или оставить, и всё же решила проявить бережливость – неизвестно, сколько нам до цивилизации топать и где придется спать.
– Давай понесу, – предложил Джер, но я отрицательно покачала головой.
Стараясь не обращать внимания на любопытный взгляд мужчины, одно полотнище сложила в виде широкого пояса и обернула вокруг талии. Второе, поменьше, повязала поверх волос, соорудив некое подобие головного убора, который используют томлинцы, когда путешествуют по пустыне.
Мужчина мой необычный внешний вид никак не прокомментировал, вероятно он не настолько знаком с традициями империан.
– Дождь, похоже, закончился, – сообщил, первым шагнув на освещённый участок шахты. Подняв голову, присмотрелся к видимому из-под навеса кусочку голубого неба. – Я первый, – сообщил непререкаемо и взялся за скобы.
Я спорить не стала. Любому мужчине хочется лидерства, пусть даже он и утверждает, что у них на Милбаре равноправие с женщинами. Следом за ним поднялась по своеобразной лестнице, ухватилась за протянутую мне руку, чтобы легче выбраться.
Ступив на твёрдую поверхность, осмотрелась и невольно потрясённо выдохнула:
– М-да…
– Что не так? – моментально обернулся ко мне Джернал, который до этого обстоятельно и вполне себе бодро изучал взглядом окрестности.
– Из всех мест, куда мы могли попасть, это – самое худшее в списке, – посетовала и пояснила: – Это Вильдер. Планета-заповедник. Здесь города дрейфуют на искусственных островах в океане, а материк – закрытая для посещений зона.
– Главное, они есть. Найдём, подадим сигнал. Уж не хуже, чем в мерзких норах со змеёнышами.
– Мы на материке, Джер, – объяснила я непонятливому типу. – И сколько идти до побережья… одним хранителям ведомо.
– Местные же контролируют заповедник с воздуха? Что, если здесь что-то поджечь? Набрать в этой шахте ултриза. Устроить большой костёр на берегу или шахту взорвать. Они увидят дым. Бросятся исправлять проблему. И нас найдут.
