Любой приказ офицера мог быть оспорен. Можно было не идти в атаку, можно было не выносить раненого товарища с поля боя, можно было бросить окоп, когда атаковал противник… И все это – как раз накануне решающего наступления, которое готовилось давно и должно было принести России долгожданную победу.
Подписав отречение, император оставил и пост главнокомандующего. Эту должность занял генерал Алексеев – начальник штаба императорской ставки. Но ненадолго. Нежелание Алексеева удалить из армии генералов-монархистов вызвало неудовольствие Временного правительства. Советы тоже были против Алексеева, поскольку он защищал право офицера быть полновластным командиром.
Вскоре главнокомандующим стал всеобщий любимец, генерал Брусилов. На его плечи легла ответственная задача: летом 1917-го русская армия должна была провести наступление по всему Восточному фронту, чтобы наконец разбить Германию и ее союзников. Боеприпасов у русской армии для этого было более чем достаточно.
Количество изготовленных в 1917 году снарядов к орудиям основных калибров превосходило показатели предыдущих лет. К апрелю 1917 года запасы артиллерийский снарядов выросли и достигли максимума – до четырех тысяч на одну 76– миллиметровую пушку. Несмотря на большой расход снарядов в ходе операции 1917 года, их резерв на каждое орудие к ноябрю составил две тысячи снарядов.
На высоте также был уровень подготовки артиллеристов. Солдаты и офицеры всех родов войск имели немалый боевой опыт. Не хватало только одного – дисциплинированных частей. Митинги, отказы подчиняться командирам, распущенность, пьянство и дезертирство… Некогда образцовая русская армия стремительно скатывалась в хаос.
На Юго-Западном фронте солдаты, сохранившие дисциплину, вместе с офицерами стали собираться в добровольческие подразделения. Так стали создаваться формирования, которые называли «частями смерти».
Самыми необычными из добровольческих частей стали женские «батальоны смерти». Идею их создания предложила Мария Бочкарева.
Бочкарева Мария Леонтьевна (1889–1920) – крестьянка. Добровольно отправилась в армию. Принята в резервный батальон только после того, как отправила телеграмму царю и Николай II лично распорядился взять ее на службу. Поначалу являлась объектом насмешек, пока не показала себя исключительно храбрым солдатом. Дважды ранена. За мужество награждена двумя Георгиевскими крестами. В 1917 году ей был присвоен чин подпоручика.
Героиню войны поддержал военный и морской министр Временного правительства Александр Керенский. Его супруга агитировала молодых девушек вступать в женские батальоны. Сам же Керенский уговаривал армию: он носился по фронтам, выступал на митингах и призывал солдат к одному – наступать!
Керенский Александр Федорович (1881–1970) – адвокат. Прославился, защищая в суде права крестьян. Великолепный оратор. Во Временном правительстве получил пост министра юстиции. С мая – военный и морской министр. Примечательно, что Керенский был родом из Симбирска и учился в той же гимназии, что и Владимир Ульянов (Ленин), отец Александра Федоровича был директором этой гимназии.
Молодые прапорщики и гимназистки обожали «душку Керенского» до истерики. На митингах тот производил впечатление и на солдат, убеждая их идти в бой. Но у боевых офицеров эта активность вызывала лишь усмешку. Министра прозвали «главноуговаривающим», а июньское наступление вошло в историю как «наступление Керенского».
Ночью в окопе у прапорщика Бориса Копейкина случился крайне неприятный разговор с сослуживцем, тоже прапорщиком.
– Зря ты с этим Солдатским комитетом завелся, – сердито выговаривал тот Копейкину. – На трибуну вылез, уговаривал идти воевать. И что? Высмеяли, и все. Даже убить грозились.
Копейкин, все еще болезненно переживая недавний позор, отбивался:
