Прозвучало объявление о скором отправлении поезда, и люди устремились к вагонам. Проводники нервничали, торопясь проверить билеты. Я остановился у седьмого вагона: проход был забит людьми, но Кейры среди них не было. Я поднялся на площадку, бросил последний взгляд на платформу, и меня протолкнули внутрь. Я решил, что сойду на первой же остановке, если Кейры в поезде не окажется, и вернусь в Москву. Мы не договорились, где встретимся, если вдруг потеряемся в толчее посадки, и теперь я пытался представить, что может прийти ей в голову. Я заметил идущего с другого конца вагона милиционера и скользнул в ближайшее купе, но он не обратил на меня ни малейшего внимания. Я занял место рядом с итальянской четой, в соседнем купе устроились французы, были в поезде и мои соотечественники. В поезде оказалось много иностранцев, и это было нам на руку. Состав медленно тронулся, милиционеры остались на опустевшей платформе, и вскоре вокзал растаял вдалеке, уступив место унылому серому предместью.
Соседи по купе пообещали присмотреть за моими вещами, и я отправился на поиски Кейры. В двух следующих вагонах ее не оказалось. Поезд набрал скорость. Я прошел еще один вагон и попал во второй класс, где уже вовсю закусывали и выпивали, звучали тосты, кто-то во все горло распевал веселую песню.
В вагоне-ресторане были заняты почти все столики. Человек шесть краснощеких украинцев чокались, произнося тост за Францию. Среди них я обнаружил порядком захмелевшую Кейру.
– Не смотри на меня так, – попросила она, – они ужасно славные!
Кейра подвинулась, освобождая мне место за столиком, и объяснила, что новые знакомые помогли ей сесть в вагон, прикрыв своими телами от слишком ретивого милиционера. Она захотела их отблагодарить, вот и пригласила выпить в ресторане. Я никогда раньше не видел Кейру в подобном состоянии, горячо поблагодарил наших новых друзей и начал уговаривать ее уйти.
– Я хочу есть, мы в вагоне-ресторане, и мне надоело убегать, так что садись и ешь!
Она заказала нам картошку с рыбой, выпила подряд две рюмки водки и через четверть часа уже спала на моем плече.
Мы отнесли ее в купе и уложили на полку, чем ужасно развеселили соседей-итальянцев, она пробормотала что-то невнятное и тут же снова уснула.
Полночи я смотрел в окно, потом сходил к проводнице за чаем и заодно поинтересовался, сколько нам ехать до Иркутска. Женщина сообщила, что путь в четыре с половиной тысячи километров мы преодолеем за три дня и четыре ночи.
Сэр Эштон положил телефон на стол, развязал пояс халата и вернулся к кровати.
– Какие новости? – спросила Исабель, закрывая газету.
– Их засекли в Москве.
– При каких обстоятельствах?
– Они явились в Академию наук и пытались получить сведения об одном бывшем торговце антиквариатом. Принимавший их чиновник счел это подозрительным и позвонил в милицию.
Исабель села на постели и закурила.
– Их арестовали?
– Нет. Когда агенты добрались до гостиницы, пташки уже упорхнули.
– След потерян?
– Понятия не имею, знаю только, что они пытались сесть в поезд до Владивостока.
– Пытались?
– Русские выследили типа, выкупавшего забронированные на их имя билеты.
– Значит, они уехали?
– Вокзал кишел агентами, но никто не видел, чтобы они входили в вагон.
– Если они обнаружили слежку, могли навести преследователей на ложный след. Русская секретная служба не должна вмешиваться в наши дела, это может все осложнить.
– Не думаю, что наши ученые так хитроумны. Эти двое наверняка в поезде: тип, которого они ищут, живет где-то на Байкале.
– Зачем им понадобился этот торговец древностями? Странная идея… Или вы полагаете, что у него…
– …у него находится один из фрагментов? Нет, мы бы давно об этом узнали, но, раз они так упорно пытаются его найти, он точно владеет ценной информацией.
– Что же, дорогой, заставьте его замолчать прежде, чем они до него доберутся.
– Все не так просто. Человек, о котором идет речь, бывший партийный бонза, но живет на роскошной вилле у озера, следовательно, имеет высокопоставленных покровителей. Вряд ли местные решатся выступить против этого человека, придется кого-нибудь посылать.
Исабель затушила сигарету в пепельнице и тут же достала из пачки новую.
– У вас есть другой план, чтобы помешать встрече?
– Вы слишком много курите, дорогая, – сказал Эштон, открывая окно. – Никто не знает о моих планах больше вас, Исабель, но вы тем не менее предложили совету альтернативу, заставляющую нас терять время.
– Так мы можем их перехватить или нет?
– Я получил заверение Москвы, что это будет сделано. Мы сошлись во мнении, что нужно дать нашим пташкам расслабиться. Действовать в поезде слишком сложно. Через восемь часов им начнет казаться, что они выскользнули из сети. Москва пошлет команду в Иркутск, и его люди займутся нашей парочкой, но, принимая во внимание решение совета, ликвидировать не станут, а просто посадят в самолет до Лондона.
– Мое предложение позволило склонить большинство в пользу приостановки поисков и сняло с вас все подозрения касательно Вакерса. Что до остального… не всегда все происходит точно по сценарию…
