– В университете я увлекалась мистицизмом, была, так сказать, весьма шаманизированной. Ладан, камни судьбы, пляски, экстаз, транс – короче говоря, период в духе
– И как же нам отыскать шамана? – спросил я, убирая руки.
– Первый же мальчишка на улице скажет тебе, где живет местный шаман, так что беспокоиться не о чем. В двадцать лет я мечтала о подобном путешествии. Некоторые полагают, что рай находится в районе Катманду, а по мне, так он где-то в этих местах, и я всегда хотела сюда попасть.
– Правда?
– Конечно, правда! А теперь я не стану возражать, если ты продолжишь и даже расширишь свои поиски, но давай вернемся в купе.
Я не заставил себя уговаривать. Рано утром я весьма тщательно обследовал тело Кейры… и не нашел ни единой шпаргалки!
Сэр Эштон пил в столовой чай и читал утреннюю газету. В комнату вошел его личный секретарь с мобильным телефоном на серебряном подносе. Эштон молча слушал собеседника, но молодой человек, против обыкновения, задержался: по всей видимости, он должен был сообщить что-то еще, но ждал, пока патрон сам заговорит с ним.
– Ну что еще? Неужели мне нельзя спокойно позавтракать?
– Начальник охраны хочет как можно скорее поговорить с вами, сэр.
– Пусть придет в полдень.
– Он ждет в коридоре, сэр. Похоже, дело очень срочное.
– Начальник охраны явился ко мне в девять утра. Что бы это значило?
– Думаю, он сам вам обо всем сообщит. Мне было сказано, что дело не терпит отлагательств.
– Так не болтайте, а впустите его и, боже правый, подайте нам горячий чай вместо теплой бурды, которую принесли мне. Поспешите, раз уж дело срочное!
Секретарь удалился.
– Что случилось? – отрывистым тоном спросил сэр Эштон.
Начальник охраны молча вручил ему конверт. Эштон распечатал его: внутри лежали фотографии. На одной был запечатлен Айвори, сидящий на скамейке в скверике напротив его дома.
– Что этот болван тут делает? – спросил Эштон, подходя к окну.
– Снимки сделаны вчера, во второй половине дня, сэр.
Эштон задернул шторы и повернулся:
– Если старому безумцу нравится кормить голубей напротив моего дома, это его проблема. Надеюсь, вы побеспокоили меня в неурочный час не из-за этой глупости.
– На первый взгляд операция в России завершилась так, как вы того хотели.
– Так почему было не начать с этой прекрасной новости? Выпьете чаю?
– Благодарю, сэр, я должен идти, у меня много дел.
– Подождите секунду! Почему вы сказали «на первый взгляд»?
– Наш человек вынужден был покинуть поезд раньше запланированного момента, но он абсолютно уверен, что «достал» обе цели.
– Можете быть свободны.
Мы с радостью покинули Транссибирский экспресс, где спокойно провели только последнюю ночь.
Проходя через здание вокзала, я настороженно оглядывался, но не заметил ничего подозрительного. Какой-то парнишка торговал из-под полы сигаретами, Кейра предложила ему десять долларов, сказав, что нам нужно к шаману, он не понял ни слова, но отвел нас к дому на старой улочке, где жил с отцом, державшим дубильную мастерскую.
Меня поразило разнообразие лиц местных жителей. Здесь в полной гармонии жили бок о бок разные этнические сообщества. Иркутск, где умирали медленной смертью покосившиеся деревянные дома, где по улицам шли старые бурятки в традиционных, завязанных под подбородком шерстяных платках с корзинками через руку, а мимо них, звеня по рельсам, медленно полз видавший виды трамвай, показался мне городом с загадочным прошлым… В этих местах в каждой долине, на каждой горе живет свой дух, здесь поклоняются небесам и, прежде чем выпить рюмку водки, брызгают несколько капель на столешницу, мысленно чокаясь с богами. Дубильщик радушно принял нас в своем скромном, чтобы не сказать убогом, жилище и на ломаном английском рассказал, что его предки поселились тут триста лет назад. Его дед был скорняком в те времена, когда буряты торговали мехами в городских торговых рядах, но теперь все в прошлом. Соболь, горностай, выдра и бобер стали редкостью, и маленькая мастерская близ храма Святой Параскевы производит теперь только кожаные ранцы, которые продаются на соседнем базаре, и довольно плохо. Кейра спросила, где и как можно встретиться с шаманом, и он сказал, что самый могущественный живет в Листвянке, маленьком городке на берегу озера Байкал, туда ходит маршрутка и проезд стоит совсем недорого, в отличие от не слишком комфортабельных такси. В этих местах, где одни люди всегда подавляли и жестоко эксплуатировали других, главным остается закон гостеприимства, и хозяин угостил нас обедом. Я никогда не забуду эту трапезу – жилистое вареное мясо с картошкой, чай с салом и хлеб, – которую разделил зимним днем в Иркутске со старым бурятом.
