Я пошла дальше по тенистой дорожке. В какой части замка находятся родовые склепы Абгрундов, выяснить уже успела, доберусь и сама. И уж точно даже одна не побоюсь войти внутрь. Кто знает? Может, хоть эта легенда не пустышка?
Поначалу позади было напряжённо тихо, но через несколько мгновений послышались торопливые шаги.
— Надеюсь, вы знаете, куда идти, — чуть запыхавшись, выдохнула Николь.
А вслед за ней меня догнали и другие девушки.
Я не стала ничего отвечать. Сначала мы вернулись в замок, прошли через крытую галерею, заставленную блестящими доспехами на стойках — некоторые, кажется, даже были изготовлены из сплавов с “кровью гор”. Затем спустились по ещё одной лестнице и вышли на другом уровне хитроумного Кифенвальдского двора. Здесь уже не было так пышно и жизнерадостно, как в саду, за которым ревностно ухаживали. Может, сюда просто ещё не добрались руки садовников, но под деревьями всё заросло бурьяном. Кустарники вдоль дорожек явно давно не стригли. Да и плитка на тропинках местами вздыбилась и растрескалась. Атмосфера, признаться, подходящая для кладбища.
— Мы тут вообще пройдём? Всё заросло, — ворчливо отметила Эбреверта.
Она приподняла подол своего платья, сберегая его от цепких веток, что протянулись на тропинку.
— Женщины, что ходили сюда, уже наверняка протоптали тропу. — Я чуть вытянула шею, выглядывая среди зарослей склепы.
И они и правда показались в густой тени запущенного сада. Так… Что там говорила Вига? Нужный склеп стоит в глубине сада, а на крыше у него сложившая крылья гарпия. Что ж, похоже, тот, кто заказывал эту усыпальницу, был не лучшего мнения о характере бабули.
Да и, к счастью, склепов здесь оказалось не так уж много, не пришлось долго ходить. Только свернули с дорожки — по высокой траве, что цеплялась за юбки, — и вот: над буйно разросшимися кустами жасмина показалась голова летучей женщины.
— Может, не надо? — вдруг струхнула Николь.
Я посмотрела на неё с укором — и она слегка приободрилась.
— С детства не люблю такие места. — Маргит огляделась, брезгливо морщась, когда мы подошли ещё ближе.
Створка тяжёлой двери поддалась довольно легко — похоже, её и правда открывали не так уж давно. А то, может, и вовсе смазали. На правах той, кто всё это затеял, я прошла дальше, озираясь в мутной темноте, которую пронзали яркие лучи полуденного солнца, что падали в небольшие узкие окна вдоль стен.
Здесь пахло свечами и пылью, которую подняли с пола своими подолами эфри. Посреди не слишком большой комнаты стоял каменный саркофаг с барельефом на крышке: смиренно сложившая на животе руки почившая прабабка герцога фон Абгрунда.
— И где искать? — озадаченно проговорила Эбреверта, зачем-то хватая меня за руку. — Тут, кажется, нет ничего. Только она вот.
Графиня указала взглядом на женское изображение.
— Может, внутрь надо заглянуть? — с готовностью пощупала тяжеленную крышку Маргит. — Только её не сдвинуть. А раз никто не смог, то, скорей всего, ларец если и есть, то он там.
— Если даже он там, то покажется только истинной хозяйке, — напомнила Николь.
Кажется, даже она уже чуть освоилась.
— Давайте пока не будем тревожить прах старушки фон Абгрунд, — остановила я воинственно настроенных девиц. — Оглядимся в склепе.
И едва я успела договорить, как, тихо ухнув, дверь за нами захлопнулась.
— О нет-нет-нет! — тут же воскликнула Маргит, которая, похоже, в каменном мешке чувствовала себя хуже всех. — Это что, ваши проказы, эфри Вурцер?
Она кинулась к двери и попыталась её открыть, но та словно бы превратилась в монолит. Я поспешила ей на подмогу, а за мной и другие девушки. Мы навалились, кряхтя и потея, но створки не сдвинулись ни на мизинец.
— Я тут ни при чём, — предупредила я сразу, чтобы не вздумали меня винить.
Но укоризненные взгляды всё равно одновременно все обратились в мою сторону.
— Вы нас сюда привели! — рявкнула Эбреверта, отбрасывая со лба тёмную прядку. — Как прикажете теперь выбираться? В окна мы не пролезем.
— Привела, — кивнула я, отходя от неё чуть подальше — на всякий случай. Такие, как она, любят с ходу вцепиться сопернице в волосы. Не отдерёшь потом. — Но я не знала, что прабабушка фон Абгрунд решит над нами пошутить.
Эфри тут же опасливо покосились на присыпанный пылью саркофаг.
— Думаете, это она?.. — прошептала Маргит.
— Если она, то нам надо отыскать ларец, — уверенно заявила Николь. — Всё это точно не зря.
— Раз так… Нам бы осветить чем. — Эбреверта ткнула пальцем масляный, уже давно потухший светильник, что был закреплён на стене, — один из пяти развешанных вокруг.