Но когда мы вышли с другой стороны арки, то одна за другой остановились, слегка ошарашенные увиденным. При других обстоятельствах открывшимся действом можно было полюбоваться, но напряжение моих заклятых товарок стало настолько ощутимым, что какое уж тут наслаждение зрелищем. Потому что посреди тесноватого двора, по которому сновали редкие стражники, воины и оруженосцы, его драконья светлость сражался на мечах с высокой, гибкой и явно привычной к таким развлечениям женщиной.
— Я же говорила! — буркнула рядом со мной Маргит. — Это она. Драконица.
— Знаете, я не удивлена, что из-за неё он о вас позабыл, — пожала плечами Эбреверта, бездумно отряхивая изрядно испачканное в пыли платье.
Похоже, себя она тоже в некоторые списки не вносила. А может, даже считала, что его светлость грезит о ней ночами. Но молчит, как и положено романтическому герою из её любимых романов.
К счастью, прибитые видом драконицы эфри не заметили её откровенной шпильки.
А знакомая герцога и правда была хороша. Её золотистые, с лёгким медным оттенком волосы были собраны в высокую косу, что спускалась едва не до пояса. Одета она была совсем по-мужски, но спутать её даже с юношей явно было нельзя. Уж очень выразительные формы, изящная шея и узкие не по-воински плечи. Однако я даже не сомневалась, что многих из тех мужчин, что, проходя мимо, поглядывали на неё с явным восхищением, она сумеет победить в поединке вполне даже легко.
И тут я заметила невероятное: его чешуйчатое непобедимейшество, весьма уже измотанный достойным противником, но всё такой же быстрый и неуловимо грациозный в схватке, поддался. Да разрази меня на этом месте Кригер своей карающей секирой! В какой-то краткий миг ящер просто замедлил руку с мечом и чуть качнулся назад, позволив женщине приставить затупленное лезвие к своей шее. Наверное, она заметила, но прикинулась слепой. Наверное, её это даже слегка задело. Но она вдруг довольно рассмеялась и совершенно легко и фамильярно ухватила Вигхарта за подбородок пальцами.
— Я много раз предупреждала тебя, Харти. Поединок должен быть честным. — Она погладила его по щеке так, что мне даже ревниво стало: брила его я, между прочим! Нечего лапать!
— Всё честно, — усмехнулся фон Вальд, отводя от своего лица её руку. — Просто не рассчитал силы для замаха.
Драконица недоверчиво цыкнула и проследила за взглядом, которым его драконейшество упёрся в замерших чуть в стороне эфри, что тут же одна за другой присели в нерешительных книксенах. Наверное, мы смотрелись странно здесь, на не слишком аккуратно убранном дворе, заставленном мишенями для стрельбы и стойками с оружием под навесами. Пыльные, встрёпанные и слегка злые. Эбреверта держала найденную в склепе шкатулку под мышкой, как оружие, а мы стояли вокруг неё, словно маленькое войско.
Марлиз медленно обернулась, опуская остриё своего меча к земле. И среди эфри пронёсся очередной вздох досады. И лицом она оказалась почти безупречна: плавные брови, яркие янтарные глаза, полные губы. Драконица улыбнулась, словно увидела стайку детишек, и произнесла довольно громко:
— Кажется, твои овечки сбежали из загона, Вигхарт.
Я даже сделала шаг вперёд, ощутив явственный внутренний толчок. Овечки, значит… А она, видно, считает себя той, кто на них охотится и поджаривает пламенем прямо на ходу. Очень интересно. И по-драконьи самонадеянно.
— Лора! — предупредила меня Николь, когда я всё же пошла к турнирному полю, чуть приподняв подол нового тёмно-голубого, расшитого мелкими цветами платья — чтобы не испачкался. Жалко, ему и так уже досталось. И добро всё-таки не моё.
Вигхарт, неспешно развязывая ворот рубашки, что облепила его плечи, чуть влажная от пота, смотрел на меня неподвижно. Я отметила, как быстро бьётся на его широкой шее жилка, как блестят лоб и виски. Странно, но видела сейчас только его, а не нагло разглядывающую меня драконицу. И чего-то ждала? Может, что он в этот самый миг сильно меня разочарует. Но он не разочаровал. Только немного не в том смысле, на который я рассчитывала. Герцог ещё немного помедлил и вдруг стянул с себя рубашку так неотвратимо, что я едва не споткнулась. Расторопный Нидгар, что стоял тут же в ожидании, поднёс ему воды — умыться — и полотенце вместе со свежей одеждой.
Тем временем я подошла и остановилась, положив руку на шершавое бревно небрежно сколоченной ограды.
— Ты плохо их знаешь, Марлиз, — ответил своей высокородной знакомой Вигхарт, смахивая воду с лица. — Они не овечки. И могут прокусить острыми зубками даже твою толстую шкуру. А некоторые, — он сделал короткую паузу, одарив меня очередным взглядом, — и вовсе обглодать до костей.
Драконица обернулась к нему, а затем снова уставилась на меня.
— А эта и правда смелая. — Её янтарные глаза сузились, будто она не прочь была сейчас вскрыть меня и посмотреть, что внутри. — Но я всё равно считаю, что твоя затея с Первой ночью не может собрать достойных носить твоего ребёнка девушек.