Он с трудом отвёл взгляд от ещё не разобранной кипы бумаг и обращений: пора заводить секретаря, иначе придётся поселиться в кабинете — и дракон внутри зачахнет от скуки. Пока главы родов здесь, надо бы выбрать в помощники кого-то из их юных отпрысков. И для себя польза, и кому-то из ворчливых аристократов лишняя милость.
— Я зайду к ней, — кивнул он тётке, которая гневно его разглядывала. — Но уверен, что это просто временное отрицание. Пройдёт.
— Иногда мне кажется, что у тебя вот здесь пусто. — Лотберга наклонилась над столом и ткнула ему в грудь пальцем. — Бедная девочка! Она во всём винит себя. Почему? Что такого ты вбил ей в голову, что у неё вообще появляются подобные мысли? Иногда мне кажется, что ты ядовит не только внутри. Ты так или иначе отравляешь жизнь всем, кто собирается вокруг тебя надолго. Ты такой же, как твой отец.
— Просто я линдворм. А ещё я всегда хочу разобраться в том, что меня тревожит.
— Так ты останешься один. Кое-что порой полезно не знать.
Графиня развернулась и вышла, горделиво выпрямив спину. А Вигхарт уже не смог ни на чём сосредоточиться. Все мысли доверху наполнились Лорой. Они вертелись вокруг неё, останавливаясь то с одной стороны, то с другой.
Не выдержав воцарившегося в кабинете безмолвия, Вигхарт всё же отправился к ней. Что там говорил Филиберт о желании утешить? Неужто все мысли Вигхарта насчёт несносной эфри Вурцер так явно написаны у него на лице?
В башне эфри было слегка шумно. Кажется, графиня фон Штейн за что-то ругала служанку. Тихая возня слышалась из покоев Маргит, которая наверняка уже собирала вещи. Николь только сидела тихо. Она всегда была самой спокойной и покладистой. Да и в жизни её до приезда в Кифенвальд не отыскалось ничего порочащего её нрав или репутацию — сплошные благодетели. Она даже помогала раненым чужакам, когда на окраине аллода раскинулся первый после окончания последней битвы лагерь драконов. Похоже, на это и стоит обратить больше всего внимания.
Вигхарт задержался у двери Лоры, за которой тоже было устрашающе тихо, а затем вошёл. Служанка, что хлопотала в гостиной части их, тут же спохватилась и побежала докладывать о нём подопечной. Он пока неспешно прошёл следом и остановился в проходе спальни. Лора только голову повернула, когда служанка смолкла, и та, присев в книксене, быстро удалилась, напоследок послав Вигхарту умоляющий взгляд. Надо же, а вот она, похоже, прониклась любовью к эфри Вурцер. Несмотря на то, что у многих женщин та вызывала очень противоречивые чувства.
— Ваша светлость, — Лора встала, чтобы приветствовать его реверансом, — не ожидала вашего визита.
— Почему же? — Он подошёл чуть ближе, приглядываясь.
Она была бледной, почти до синевы. Даже веснушки на её коже потускнели. Глаза лихорадочно поблескивали, кожа на губах превратилась в тоненькую сухую корку. Похоже, она плакала — и эта догадка показалась удивительной. Кажется, Лора всё умела принимать с поразительной стойкостью. Но не теперь?
— Потому что сейчас в вашей голове наверняка куча подозрений насчёт меня. После гибели Эдвина Вурцера от рук сумеречников. Вы же не оставили мысль о том, что я с ними как-то связана? А драконы… щепетильны. И не любят грязи. По крайней мере, на тех, кто находится рядом с ними.
— Похоже, размышления в одиночестве не пошли вам на пользу, Лора. — Вигхарт остановился рядом с её креслом. — Вы придумали себе невесть что.
— А что тут придумывать? Всё это. Всё, что происходит со мной с того дня, как я покинула имение фрайгерра Вурцера, — это просто немыслимо. А теперь он сам убит. Возможно, из-за меня. Я не верю в такие совпадения. Ещё этот слуга… Я будто в болоте тону.
Вигхарт и сам не верил в подобные совпадения. И чтобы разобраться в этом, волей-неволей придётся откопать ещё немало связей Лоры с её позабытым прошлым. Вот только почему оно беспокоило его с каждым днём всё меньше?
Девушка порывисто встала и обошла кресло, но как будто забыла, куда хотела дойти. Замерла, сомкнув перед собой руки, и вдруг резковатым жестом вытерла щёку.
— Лора, — вновь позвал её Вигхарт. — Я ни в чём вас не виню. И не собираюсь ни за что карать. Ничего не ясно. Но я хочу отыскать все нити, которые привели к тому, что случилось.
Она опустила голову и посмотрела на него через плечо.
— Боюсь, тогда станет только хуже.
Снова пришлось её догонять, потому что она, как осторожный зверёк, всё норовила увеличить между ними расстояние. Вигхарт подошёл и, взяв за плечо, развернул девушку к себе. Но взгляда Лора так и не подняла. Никогда ещё не приходилось видеть её в таком подавленном состоянии. Но она говорит и шевелится — а это уже хорошо. Лучше того, о чём рассказала Лотберга.
— Посмотрите на меня, Лора. — Вигхарт коснулся её подбородка пальцами.
Она качнула головой, опуская её ещё ниже, но всё же глянула исподлобья — и по её лицу пробежала явная гримаса досады и горечи.
— Я принесла столько хлопот. И до сих пор не знаю, что ещё случится.