Вигхарт вздохнул, задрав голову к высокому своду, в самой верхушке которого плясали свет и тени, и отправился в кабинет. Пожалуй, лечь сегодня не придётся рано.
Филиберт, как и можно было предположить, ждал его. Закинув ногу на ногу и сомкнув кончики пальцев рук, он сидел в кресле у стола и смотрел куда-то в центр окна, за которым, наверное, ничего не видел.
— Я порой задумывался, — проговорил он, едва Вигхарт приблизился, — что будет, если я обращу собственную силу на себя самого? Вот так, через отражение.
— Что же, среди твоих предков не нашлось ни одного достаточного глупца, чтобы это проверить?
Он остановился напротив, глядя в окаменевшее от раздумий лицо герцога.
— Нет. Они все слишком любили себя, — усмехнулся тот. — Как, впрочем, и я. Но, говорят, василисков можно победить именно так.
— Тебе придётся уехать, — оборвал его самоуничижительные речи Вигхарт. — Прямо утром. И до тех пор, пока ты не выяснишь, что происходит с меткой кёнига и почему она вдруг перестала сдерживать твои силы. У меня в замке сейчас слишком много людей, чтобы рисковать. У того слуги тоже есть семья — и тебе придётся написать извинения им за то, что всё это случилось. А мне озаботиться откупом. Иначе поднимется шум. Ротландцы и так только начали привыкать к тому, что с нами можно и нужно жить в мире. Такие случаи могут многое испортить.
— Ты испугался. — Филиберт прищурился, выслушав его. — За эту девушку, Лору. Испугался. Кто бы мог подумать.
— Это справедливо. Потому что ты мог её убить.
— Думаю, сейчас ты уже убил бы меня, если бы такое случилось.
Он встал, поправил широкий пояс, что перехватывал на талии белоснежную рубашку.
— Я буду ждать от тебя вестей. И прости, что вынужден так поступить, — добавил Вигхарт.
— Я всё понимаю, — Филиберт развёл руками, — жаль, что так вышло. Письмо с извинениями семье погибшего я передам со слугой. А Лоре за всё, что она увидела, за то, что почувствовала, передай их лично. Думаю, ты будешь не против её утешить.
Вигхарт только головой покачал, провожая его взглядом. Фон Таль не может обойтись без своих любимых двусмысленностей. Хоть и прав, если уж признаться самому себе.
До того, как отправиться спать, ещё пришлось объясняться с некоторыми из гостей. Ожидаемо то, что случилось, вызвало много неодобрения у глав родов Виесса: многие из них и так наступили себе на горло, принося клятву герцогу, которому не слишком-то доверяли. Но, выслушав все доводы, они, кажется, немного успокоились. Вигхарт предложил им остаться погостить ещё какое-то время — сколько они пожелают. Но мысленно надеялся, что они всё же разъедутся как можно скорее.
Ночь получилась короткой и тревожной. Наутро Филиберт и правда уехал — без лишних проволочек, оставив письмо для семьи безнадёжно погибшего слуги, которого звали Миро. Часть герцогской свиты, не готовая отъезжать так срочно, осталась, но и они уже собирали вещи — ещё до полудня отбудут.
Вигхарт едва успел сесть за срочные дела, что без меры принесли с собой фрайгерры, требуя срочного их разрешения, как прибежал Нидгар и, поклонившись, доложил о возвращении того небольшого отряда из пяти человек, который был отправлен навстречу Эдвину Вурцеру, если тот просто задержался, и прямиком к нему в поместье, если по пути туда он всё же не встретится.
Скоро в кабинет Вигхарта пришёл их старшина — Семан. Ещё пыльный и встрёпанный — едва дух перевёл после долгой езды.
— Нам пришлось доехать до имения Вурцеров, ваша светлость, — доложил он ровно. — Там нас встретил его старший сын. Оттмар. Вот он нам и рассказал, что его отец выехал в Кифенвальд по вашему приглашению, но по дороге на его карету напали сумеречники. Перебили всех из сопровождения. Он и сам получил известие о том только недавно — от старосты ближайшей деревни, недалеко от которой всё это случилось. Разорённую карету и тела нашли охотники.
— Почему он не сообщил мне? — Вигхарт перевёл медленный взгляд с чернильницы, украшенной гравировкой, изображающей драконов и пламя, на лицо Семана — всё в пыльных разводах. — Почему не отправил гонца?
— Сказал, что не успел, — тот пожал плечами, — было много хлопот по перевозке тел в Анкетар. И по погребению. И он как-то забыл.
«Ну конечно», — мысленно хмыкнул Вигхарт. Вряд ли Оттмар Вурцер в первую очередь не подумал о том, куда направлялся его отец. Вряд ли не обрушил на голову неугодного сюзерена кучу самых низких ругательств. Так что он не мог замотаться и забыть — такое дело решается быстро. Скорее Оттмар просто чего-то опасался. Или пытался замести какие-то следы, чтобы людям Вигхарта не удалось ничего по ним отследить.
— Спасибо, — бросил он Семану. — Можешь идти.
Похоже, когда закончится вся эта суматоха, когда выбор будет сделан, а будущая мать наследника окажется под необходимой защитой, придётся хорошенько перекопать всё герцогство. А вот Оттмара Вурцера стоит уже сейчас вызвать в Кифенвальд для ответа.