– Уезжай. Так больше нельзя. Нельзя так поступать с Лайлой. Уезжай, женись, купи ей другой дом, заведи детей. Стань знаменитым и делай, что хочешь! Будь счастлив. – Она проводит пальцем под глазами, стряхивая слезы. – Я хочу, чтобы ты был счастлив. Обещаю не останавливать тебя. Уезжай с ней, если ты так хочешь.
Я изучаю девушку несколько секунд, не зная, стоит ли ей верить.
Почему, черт возьми, я до сих пор чувствую к ней симпатию?
Я наклоняюсь и хватаю один из чемоданов. Затем второй. Отношу их в машину и укладываю в багажник. Уиллоу стоит у водительской двери.
Я предусмотрительно останавливаюсь в нескольких шагах от нее.
– Сделаешь мне одолжение? – спрашивает она. – Напиши тому человеку и попроси приехать сюда в любом случае. Мне нужно понять, что со мной случилось. Теперь я не хочу здесь оставаться.
Эти слова… и с какой мукой она их произнесла… они падают камнем мне на сердце.
Я откашливаюсь.
– Напишу сегодня же.
Она еле заметно улыбается. Губы дрожат.
– Спасибо тебе. – По ее щеке скатывается очередная слезинка. Уиллоу смотрит вправо и вверх. – Надеюсь, у тебя в жизни все будет хорошо.
Возвращается Лайла. Снова в истерике. Озирается вокруг, недоумевая, как оказалась на улице.
Я хватаю ее за руку и тащу к пассажирской дверце.
– Просто садись в машину.
Я пытаюсь сохранять спокойствие, хотя дается с трудом – Лайла кричит и рыдает. Она напугана, не понимает, что происходит. Я пристегиваю ее ремнем и направляюсь к водительской дверце.
Берусь за ручку и медлю. Лайла вопит, требуя, чтобы я поторапливался. Мое сердце тяжело колотится в груди. Сколько всего случилось за последний час… Я сам готов кричать – меня словно разрывает на части.
Вспоминаю тот вечер, когда познакомился с Лайлой, и ее слова… О том, что она верит в существование множества реальностей и что из нашей реальности мы переместимся в следующую и так далее. Она говорила, что мы не помним, как находились в утробе. И возможно, в следующей реальности не вспомним текущую жизнь.
Она права. Куда бы я отсюда ни уехал, я не прекращу о ней думать. Не прекращу искать ответы.
Если бы Уиллоу… то есть Сэйбл… не нуждалась в моей помощи, то зачем бы она явилась сюда?
Она знала – рано или поздно я приеду в этот дом. Возможно, в игру вмешались космические силы. А возможно, ответ прост – Сэйбл хочет заслужить прощение, мое и Лайлы.
И какой бы ни была причина ее появления, простой или сложной, она больше Лайлы. Больше меня. И намного больше, чем мир, к которому мы принадлежим. А я пытаюсь запихнуть эту причину в крошечный ящик и увезти прочь, словно ничего не случилось.
Я страстно желаю помочь Уиллоу. Желаю всем сердцем, всей душой. Не могу объяснить почему, однако мне кажется, что сбежать отсюда с перепугу намного хуже, чем остаться и помочь девушке найти ответ. Если причина, по которой она здесь застряла, как-то связана с Лайлой и со мной, то мы, более чем вероятно, ее единственная надежда вырваться.
– Лидс, – умоляет Лайла, – садись в машину!
Мне не избавиться от постоянной тяги к этому месту. Кем бы я ни стал и как далеко ни уехал.
– Уиллоу, – произношу я в никуда, – у меня к тебе вопрос. Вернись в тело Лайлы.
Лайла продолжает выкрикивать мое имя, умоляя поторопиться.
Затем умолкает, с внезапным спокойствием отстегивает ремень и открывает дверцу. Из машины выходит Уиллоу и поворачивается ко мне.
– Ты хоть раз брала мое тело? – спрашиваю я.
Она качает головой и отвечает немедленно:
– Нет. Конечно нет.
Она не лжет – одного взгляда достаточно, чтобы поверить.
– Ты говорила, что без тела вообще ничего не можешь помнить? Это верно?
Она кивает.
– Если я приглашу того человека, тебе понадобится тело. Рассказать ему о своих воспоминаниях.
Смысл моих слов не сразу отражается у нее на лице. Она прикрывает рот ладонью, затем опускает руку и кладет на сердце.
– Так ты поможешь мне?
Я с горечью вздыхаю.
– Да. Сам не знаю почему. Так что, пожалуйста, не дай мне пожалеть об этом. Пожалуйста!
Уиллоу категорично встряхивает головой.
– Не сомневайся. Однако… Лайла не останется здесь добровольно. Особенно после того, что случилось сегодня.
– Знаю. – Я возвращаюсь к дому.
Наступил момент, когда я должен принять решение как заботливый друг, как человек. Откуда взялась острая необходимость не дать уехать Лайле? Мое поведение идет вразрез с любой моралью, однако еще никогда я не чувствовал такой убежденности.
Внутренний голос уверяет: столь тяжело давшееся мне решение в итоге окупит себя.
Или, возможно, о своем решении я буду сожалеть всю жизнь.
