- Верно, я вспомнила, как он недавно сказал Туру: "Если Лойда не придет в себя, мне нечего делать на Земле." Он сделал себя обреченным. Он не верит, что вернется домой, но делает все, чтобы спасти экспедицию. Если он себя погубит, нам будет трудно.
- Чувство вины, - страшное чувство. Тур пытался ему помочь, но все напрасно. Какой странный запах от твоих волос! Дух захватывает.
- А я думала, мне кажется. Уже три дня я не использую никаких духов. Вся моя коллекция в неприкосновенности. Но каким-то чудом волшебный запах сопровождает меня непрерывно.
- Интересно... Нечто желает сделать тебе приятное. За что? Почему? На всех аванпостах обстановка постепенно меняется к худшему. Мало того, что ничего не получается, так пошли отравленные дожди, люди не снимают скафандров. А у нас маленькие, но приятные сюрпризы, - кому хлеб, кому духи. Вот и у меня тоже...
- Тоже? Что тоже? - заинтересовалась Анна.
- У тебя свое, у меня свое. Ты ведь любительница духов, это известно. А вот у меня страсть обращена в иное!
- Но я знаю! И все знают: Форстер любит оперу и хорошенько поесть.
- Верно. Очень люблю вкусно и почаще. Как я мучился на "Ойкумене", где трудно индивидуализировать личное питание! И вот уже неделю тайно, вопреки запрету, я ем плоды здешних деревьев. И то самое Нечто, что дарит тебе волшебные запахи, концентрирует в плодах те самые ощущения вкуса, что мне наиболее подходят. Этот Нечто, - замечательный повар и гурман. Хотелось бы узнать, как у него такое получается?
- Видимо, прав Кондаков: что сеет каждый, то и пожинает, - Анна с тоской посмотрела на светящийся небосвод, - Если Рай, о котором у людей сохранились воспоминания, был именно таков, там не было злых людей. Возвращаемое им их собственное зло быстро погубило бы их. Не оттого ли мне так тревожно? Я боюсь... Эти запахи... Они отгоняют тревогу, но не могут побороть ее. Не так ли и с твоим аппетитом?
Завтра, Анна, ты попробуешь еще раз убедить хоть кого-нибудь. А сейчас иди, тебе надо отдохнуть. А я еще посижу здесь, посмотрю на Немлечный Путь, подумаю о пустяках. Запахи, аппетит...
Назавтра Анне не суждено было встретиться ни с кем из тех, кто продолжал оставаться на НИПах. Вито Форстер немногим после полуночи, сорвав несколько полюбившихся ему фруктов с деревьев на опушке леса, возвращался в ночной лагерь. Ложная корона Золотой понемногу угасала, но рассеянное серебряное сияние позволяло видеть все сооружения, возведенные землянами на берегу тишайшего океана чужой планеты. Уходила в небо тонкая паутина энергошнура, окутывая приемную мачту голубым облачком. Нигде ни огонька; темно и неприветливо выглядело человеческое поселение.
Светились только два окна-иллюминатора в десантном модуле: Максим Тур продолжал что-то делать вместе со своим двойником.
У входа в жилой купол предчувствие несчастья сдавило ему горло и окатило волной страха. Не колеблясь он открыл дверь в купол, отыскал кнопку тревоги и изо всех сил нажал на нее.
Прозвучали аккорды пробуждения, вслед за ними включилась сирена. Вито связался с Туром, предложив незамедлительно объявить эвакуацию по всем аванпостам и принять на себя обязанности командора "Ойкумены", сложив ненужные полномочия координатора.
Максим не стал спорить и сомневаться, передал всем предупреждение от своего имени. Но со второй частью предложения Вито согласиться он не смог. И, поскольку собственные ощущения людей на наблюдательных пунктах не совпадали с тревогой входящих в "партию Тура", они ограничились тем, что приняли сигнал тревоги к сведению. К тому же внешние признаки опасности отсутствовали, приборы всюду показывали норму. Еще раз попытавшись "примерить" на себя роль абсолютного руководителя, Тур понял, - нет, он не сможет. Нет видимых оснований. А внутренние импульсы могут подвести.
В лагере сигнал тревоги сработал по схеме, отработанной службой безопасности. Все как один собрались в десантном модуле через считанные минуты. Не было только Елены Эйро, но Анна Вирс сказала, что видела ее выходящей со всеми из жилого купола. Следовательно, Елена вот-вот будет на месте. Вито Форстер кратко проинформировал о собственных ощущениях, к ним отнеслись достаточно серьезно. Установили связь с "Ойкуменой". Согласовали немедленный перевод энергопитания от "Эмбриона" непосредственно на десантный модуль. Звездолетчики на орбите также заняли места по аварийному расписанию.
Гровс предложил проверить модуль в работе. Как только они поднялись на десяток метров над поверхностью планеты, Вито направил лучи прожекторов вниз и вскрикнул. Удовлетворение собственной интуицией и страх смешались в его крике. Северина и Анна немедленно прильнули к иллюминаторам.
Происходящее внизу действительно заслуживало всплеска эмоций. Красный купол жилого отсека, колеблясь из стороны в сторону, медленно опускался в почву, зазмеившуюся черными зигзагами трещин. Гровс направил один из прожекторов в море. Громадные волны перекатывались через основание энергоприемника, болтающееся в воде как поплавок. Куб морской лаборатории Рамоны обнаружить не удалось.
