Следует похвалить тебя за умение заглядывать в будущее. Я считаю, что дорога Эмилия Скавра является важной частью оборонительных сооружений Рима и всей Италии с тех пор, как открылся Генавский перевал. Было это довольно давно — если учесть, что именно там прошел Ганнибал. Твоя объездная дорога в Дертону стратегически жизненно важна. Это единственный путь через лигурийские Апеннины от Пада до Тирренского побережья — римского побережья.
Проблемы здесь огромные. Я говорил со здешними строителями и инженерами — очень способные специалисты — и буду счастлив передать тебе их просьбу об увеличении денежных средств и рабочей силы на этом отрезке дороги. Там нужны очень высокие и крайне протяженные акведуки. Возведение акведуков даже важнее строительства дорог. К счастью, здесь имеется местная каменоломня — строительный материал можно брать оттуда, но численность рабочей силы ничтожна, и это сильно задерживает темп строительства. А строить нужно быстро — это мое мнение. Могу ли я почтительно просить тебя использовать твое значительное влияние в Палате и добыть в казне денег, чтобы ускорить процесс? Если дорога будет закончена к концу этого лета, Рим сможет спать спокойно: пятьдесят с лишним миль дороги в состоянии спасти несколько сотен солдат.
— Ну вот, — сказал Марий Сулле, — это должно и занять старину Скавра, и осчастливить его!
— Да уж, — усмехнулся Сулла.
Виа Эмилия Скавра заканчивалась у Вады Сабатии. С того места и дальше, с точки зрения римлян, дороги уже не было. Лишь колеи, оставленные повозками, — там, где высокие горы спускались к морю.
— Ты еще пожалеешь о том, что избрал этот путь, — сказал Сулла.
— Напротив, я очень рад. Я уже теперь вижу тысячи мест, где возможна ловушка. Я вижу, почему никто в здравом уме не пойдет в Заальпийскую Галлию этим путем. Я понимаю, почему нам не следует бояться того, что германцы изберут этот маршрут. О, они могут идти по побережью, но пара дней — и быстрый всадник, отправленный вперед на разведку, убедит их повернуть назад. Если здесь трудно для нас, то для них это попросту невозможно. Вот что хорошо!
Военачальник обернулся к Квинту Серторию. Тот, несмотря на молодость, успел достичь довольно высокого положения — и исключительно благодаря личным заслугам.
— Квинт Серторий, мальчик, как ты думаешь, где сейчас может находиться обоз? — спросил Марий.
— Полагаю, между Популонием и Пизами, учитывая скверное состояние Аврелиевой дороги, — сказал Серторий.
— Как твоя нога?
— Ехать верхом еще не смогу. — Кажется, Серторий всегда догадывался, что у Мария на уме.
— Тогда найди трех человек, которые могут сесть на лошадь, и отправь вместе с ними вот это, — Марий протянул ему три восковые таблички.
— Ты собираешься послать обоз по Кассиевой дороге во Флоренцию, по Аппиевой — в Бононию, а потом через Генавский перевал, — проговорил Сулла удовлетворенно.
— Нам еще могут пригодиться эти бревна, краны и блоки, — ответил Марий, прикладывая печатку к воску и закрывая табличку створками. — Вот, — снова обратился он к Серторию. — И проследи, чтобы ее перевязали и вновь запечатали. Я не желаю, чтобы любопытные совали туда свои носы. Это должно быть передано Манию Аквилию лично в руки, понятно?
Серторий ушел.
— Что касается нашей армии, ты прав — пусть немного поработает, — сказал Марий Сулле. — Высылай вперед дорожных специалистов. Проложим приличную тропу, если не настоящую дорогу.
