И вот Метелл Свин встает и произносит пламенную речь, цель которой – доказать, что я слишком стар, чтобы возглавить армию, и что мои – о, несомненные! – способности будут использованы куда лучше, если я останусь в Риме. Сенаторы последовали за ним, как овцы за пастухом, который ведет их на живодерню, и приняли соответствующие законы. Почему я не боролся? О Гай Марий, ведь я – не ты! У меня нет ни твоей ненависти к ним, ни твоей феноменальной энергии. Поэтому я утешился, добившись, чтобы Гнею Маллию придали несколько по-настоящему опытных и способных легатов. Хотя бы это… У него имеется хорошая поддержка в лице Марка Аврелия Скавра. Да-да, я сказал «Аврелия», а не «Эмилия». Единственное, что у него общего с нашим уважаемым принцепсом, – это имя. Тем не менее я предполагаю, что военные таланты его выше, чем у Скавра. По крайней мере – ради Рима и ради Гнея Маллия! – я на это надеюсь.
Гней Маллий справился неплохо. К концу апреля, когда пришла весть о том, что германцы направляются на юг, Гней Маллий уже имел шесть легионов, состоящих исключительно из римских и латинских неимущих. Но затем прибыла новая делегация эдуев, и впервые сенат получил точные сведения о количестве наступающих германцев. О, много неожиданного и любопытного! Мы узнали, например, что варвары, которые убили Луция Кассия в Аквитании, – по нашим сведениям, их было около четверти миллиона, – составили бы только треть нынешнего полчища, если не меньше. Так, если верить нашим союзникам-эдуям, сейчас к галльскому побережью на Срединном море движется около восьмисот тысяч германских воинов, женщин и детей. Есть над чем поразмыслить, не правда ли?
Сенат разрешил Гнею Маллию набрать еще четыре легиона, чтобы увеличить его силы до десяти легионов, плюс пять тысяч конников. После этого весть о германцах облетела всю Италию, хотя сенат и пытался всех успокоить. Мы очень, очень встревожены. И особенно тем, что до сих пор не одержали над германцами ни одной победы. Со времен Карбона наша военная история стала историей поражений. А есть и такие (особенно много их среди простых людей), кто говорит, будто наше знаменитое изречение о том, что «шесть хороших римских легионов могут победить четверть миллиона недисциплинированных варваров», просто-напросто сенаторское говно. Да, Гай Марий, вся Италия в страхе! И не мне, во всяком случае, винить ее за это.
