Самого Твика, как и его хозяйки, на лекции не обнаружилось. Хотелось надеяться, что влюбленные бессовестно прогуляли первое занятие, чтобы отоспаться после… кхм… В общем, отоспаться. Но я начинала тревожиться. Особенно после того, как Зара не явилась ни на второе занятие, ни на третье.
Поспрашивав знакомых, выяснила, что подруга собиралась искать так и не вернувшегося в Академию Ерика. И распереживалась окончательно. Выходило так, что сначала пропал Ерик, а затем и сама Зара. И никто даже примерно не знал, где они могут быть.
Анир исправно провожал меня в столовую. На обед молча, на ужин пошел вместе со мной и наконец соблаговолил заговорить:
– Твои родители убедили Дангира принять тебя назад, но он недоволен.
– Я заметила. Что-нибудь известно о произошедшем во дворце?
– Хранилище взломано, украдено много ценных артефактов, в том числе изъятых и потенциально опасных, стражники, охранявшие входы… убиты.
– Великие духи…
– Ты не представляешь, как сильно я надеюсь на то, что ты к этому не причастна.
– Ты серьезно? – взъерепенилась я. – Опять за свое?
– Ты сущий ребенок, Тина. И это…
– Ах, теперь я ребенок?!
Не сдержавшись, я вскочила.
– Вот видишь. Ты поддаешься эмоциям и, возможно, чужому влиянию…
– Не с тех ли я пор ребенок, как выяснилось, кем являются мои родители? Не замечала, чтобы до этого ты считал меня ребенком!
– Тина, тише, на тебя смотрят.
– Я пойду к себе.
– Хорошо, – устало кивнул Анир. – Я не хотел тебя оскорбить или обидеть. Не знаю уже, какие найти слова. Все происходящее сейчас скверно пахнет, я не хочу, чтобы ты оказалась замешана. Чтобы ты пострадала.
– Я не пострадаю. – Я уже собиралась идти, но добавила: – Не надо воспринимать просьбу моих родителей столь буквально. В столовую я в состоянии ходить и сама.
Меня задевала эта его внезапная отчужденность. Задевали подозрения. А хуже всего было то, что в глубине души я знала: часть из них могла иметь под собой основу…
На следующий день в столовую Анир меня не провожал. И я опять злилась, на него, на себя, а еще очень переживала, потому что Зара так и не вернулась и поговорить об этом мне было не с кем.
Не дождавшись окончания занятий, я атаковала деканат вопросами о подруге. К несчастью, без толку. Никто ничего не знал, а что еще хуже – не собирался ничего предпринимать! В прошлый раз Зара задержалась у родных, а значит, в этот могла и вовсе сбежать. По их логике.
Порядком разочарованная и взбешенная, я шла по пустому коридору к себе (идти на последнюю лекцию по истории магии никакого желания не было), когда из ниши в коридоре ко мне вышел Лестор.
– Ты что же, все это время был в Академии? – вырвалось у меня.
– Здравствуй, принцесса, – произнес он и подошел совсем близко. – Скучала?
– Знаешь, да. В холодной камере, где меня заперли, было не очень-то весело. Ты меня бросил там одну!
– Было бы лучше, если бы поймали нас обоих? – Лестор вскинул брови. – Ты ведь выбралась, причем легко и просто, так? А отпустили бы они меня, как думаешь?
Я насупилась:
– Где ты был?
– Все согласно плану, малышка. Путь на Землю близок. Если ты, конечно, до сих пор этого хочешь.
– Хочу. Но нужно подготовиться должным образом и быть уверенными, что мы сможем перемещаться туда и обратно. Люди… Они странные. Возможно, даже опасные.
– Неужели, – усмехнулся Лестор. – И с чего такие умозаключения?
– Мне показалось, я видела тебя здесь, в Академии, и… Сама до конца не понимаю, как это вышло, но…
Он коснулся моего подбородка, заглянул в глаза.
– Что случилось, принцесса?
– Меня перенесло на Землю, – выдохнула я.
Мне так хотелось с кем-нибудь поделиться этим, что… Не знаю. Ведь именно с Лестором мы с самого начала планировали это, почему же теперь я сомневаюсь, что поступаю правильно, рассказывая ему? И все же…
– Тебя что-то напугало? – спросил он.
– Нет, но… Там был мальчик, он рассказывал такие вещи, жуткие. Сказал, что дети, потерявшие родителей, никому не нужны, что он живет в детдоме и ему там не нравится, и… Он сбежал, представляешь? Такой маленький, один, с Джеком.
– С Джеком?
– Это такой зверь, собака. Я просто не понимаю, разве так можно, чтобы дети были одни? Чтобы… их не любили?
– И много таких детей сбегает?
– Не знаю, наверное, раз им не нравится в этих домах.
– Любопытно. И никакой магии.
– Откуда? – спросила по инерции и вскинула глаза: – При чем тут магия?
– Непривычный мир, – пожал Лестор плечами. – Зато никакой магии.
– Да. И все равно я не понимаю…
– Значит, ты раздобыла верм? – перебил Лестор. – Он у тебя?
Я замолкла, присмотрелась к другу внимательнее, пытаясь отыскать подсказки в его взгляде, выражении лица.
Верм. Ради того, чтобы отыскать его, я поступила в Академию, Лестор знал это, и все равно его заинтересованность мне не понравилась.
– Скажи, ты имеешь отношение к взлому хранилища во дворце?
Он нахмурился:
– Ты хочешь в чем-то меня обвинить?
– Просто скажи, да или нет? Ведь…
Со стороны лестницы послышались голоса, и Лестор быстро отступил в тень.
– Мы еще увидимся, принцесса.
Не успела я опомниться, как он уже скрылся в другом конце коридора.
