Убийцы с Норд Сайда во главе с Чокнутым Мораном выбрали самое известное место в городе для того, чтобы обезглавить Сицилийский Союз. Тони Ломбардо, сменивший Майка Мерло на посту президента, был убит вместе со своим телохранителем посреди толпы покупателей на перекрестке Стэйт и Мэдисон Стрит, который жители Чикаго хвастливо называли самым оживленным уголком мира.
В Цицеро произошло тройное убийство. Джимми Догерти, Том Даффи и их спутник были убиты очередью из автомата около входа в пивной бар. Опознание личности третьего убитого произвело сенсацию. Им оказался Уильям Г. МакСвиггин, помощник прокурора штата. Незадолго до нападения он неудачно выступил обвинителем на процессе об убийстве. Подсудимого звали Джимми Догерти. Его обвиняли в убийстве Эдди Тэнкла. Капоне, наконец, совершил давно задуманный план по окончательному покорению Цицеро, и старого упрямого еретика Тэнкла прикончили пулями 38 калибра прямо около бара.
Догерти на момент убийства Тэнкла принадлежал к числу сторонников Капоне. Потом он откололся вместе с Томом Даффи и другими гангстерами от банды Шрама и создал соперничающую группировку.
Сержант полиции Энтони МакСвиггин обвинил Капоне в том, что тот лично участвовал в тройном убийстве. Эта информация, естественно, была получена от осведомителей, и ее нельзя было использовать в зале суда. Убийства вошли в полицейский архив с пометкой «нераскрытые». Сложилось мнение, что Капоне, наказывая Догерти и Даффи за дезертирство, не потрудился узнать, кем был их спутник.
Начальник МакСвиггина, прокурор штата Роберт Е. Крауэ, пережил неприятные минуты, объясняя прессе, почему его помощник посещал питейные заведения вместе с обвиняемыми в убийстве. Крауэ выдвинул предположение, что МакСвиггин собирал там сведения о бандитах или встречался с информаторами. Газеты встретили это заявление насмешками. Обеспокоенный Крауэ дошел до того, что от злости организовал облаву в игорных притонах Цицеро, и несколько дней высоковельможные игроки были вынуждены убегать через запасные выхода.
Гангстеры на занятиях по огневой подготовке. Где-то в США, 30-е годы
После ряда подобных историй бандиты из Чикаго снискали себе дурную славу по всей стране. Пресса сопровождала каждый репортаж предупреждениями о продолжении кровавой бойни. Бандиты из Нью-Йорка и Чикаго содрогались при каждом ударе, нанесенном Капоне или Мораном.
По ощущениям Торрио, больше всего по поводу происходящего переживали гангстеры с Манхэттена. Те, у кого была голова на плечах, делали все возможное, чтобы сократить число убийств, особенно публичных. Нью-йоркцы усовершенствовали чикагский метод под названием «билет в один конец». Бандиты из Чикаго оставляли после себя труп, на который рано или поздно натыкалась полиция. Нью-йоркцы предпочитали вообще не оставлять следов.
Любимым приемом нью-йоркских гангстеров было опускать ноги жертвы в свежий цемент. Как только цемент застывал, тело бросали в Ист-Ривер, где оно сразу шло ко дну.
Уолтера Сэйджа поймали, когда он пытался присвоить выручку от музыкальных автоматов. К его телу подвесили груз весом 60 фунтов и бросили его в Норд Сван Лэйк, вполне поэтически подшучивая о Лебединой Песне бизнесмена. Он долго числился в списке пропавших без вести, пока один из осведомителей не объяснил причину его исчезновения полиции.
Других неугодных лиц нелегально хоронили в Кэтскилз. Чтобы тела не опознали в случае, если могилы будут найдены, их посыпали негашеной известью. Тело бутлегера Гарри Вестона бросили в бетономешалку на месте строительства государственной трассы. Его останки стали частью автострады.[37]
Бандиты с Востока заслужили одобрение Торрио не только благодаря своему подходу к совершению убийств, но и благодаря командному духу. Из одной кратковременной встречи он вынес идею, что гармоничные отношения приносят большую пользу, чем пробитые черепа.
В то время когда Торрио получил приглашение от Абнера Цвильмана (Долговязого), он занимался недвижимостью. Желание завязать с нелегальным бизнесом, которое возникло у него в апатичном Неаполе, исчезло, как только они с женой приехали в Нью-Йорк. Деловая столица жила в бешеном ритме. Торрио казалось, что расслабиться и отойти от дел означало признать, что он не справляется с подобным темпом.
Он купил жилой дом на Уайт Плэйнс, скромное офисное здание в Бруклине, земельные участки во Флориде. Джей Ти решил, что это интересное занятие. Он проверял свой ум и деловую хватку. Если недвижимость, которую он покупал, возрастала в цене, Торрио поздравлял себя с небольшим триумфом.
Толстяк убеждал себя, что именно скука, а не любопытство, привела его в офис Цвильмана в Ньюарке. На предыдущих встречах высокий тощий парень произвел на него благоприятное впечатление. Долговязый был одним из крупнейших операторов Ньюарка в торговле контрабандным спиртным и в игорном бизнесе. Он стоял особняком от обычных мошенников.[38]
