Отделка большого конференц-зада в офисном здании Ньюарка, на котором стояло название несуществующей строительной компании, говорила не только о больших деньгах, но и о хорошем вкусе владельца.
Торрио узнал большинство людей, которые сидели на кожаных креслах вокруг длинного стола из красного дерева. Их было около десятка. Долговязый представил ему незнакомцев, и у него сложилась полная картина присутствующей деловой элиты.
Бен (Багси) Сигел и Мейер Лански возглавляли команду Баг и Мейер из Филадельфии, названную на манер адвокатской конторы. Они сидели напротив Гарри Стромберга, босса другой банды из Филадельфии, причем конкуренты вовсе не собирались вцепляться друг другу в глотку.
Присутствие Сью Нэтансона и Джонни Кэмпбела, главарей двух разных групп, показывало, что их конкуренция в области торговли алкоголем в Атлантик Сити не выходит за пределы разумного. Среди остальных гостей были боссы, которым не надо было делить сферы влияния. Ирвинг Битц и Сальваторе Спитале были партнерами в Бронксе. Дэнни Уолш был признанным сюзереном Бостона, а Чарли Соломон носил титул «короля», который ему присвоила пресса.
«У нас есть для тебя предложение, Джей Ти, — начал Долговязый. — Мы хотим создать корпоративное объединение по закупкам. Если мы объединимся, то будем делать большие заказы и добьемся более выгодных цен в Канаде и других местах. Мы скинемся и купим склады. Каждый партнер сделает необходимые запасы. Если его запасы иссякнут, другие партнеры помогут их быстро возобновить. Если же торговля пойдет медленно, то он сможет переждать какое-то время. Ему не надо будет быстро избавляться от балласта и снижать цены. Все остальное пойдет как обычно. Наши группы будут действовать по отдельности; каждый останется на своей территории».
Торрио слегка улыбнулся хозяину и кивнул ему, поощряя к продолжению речи. Он уже предчувствовал, что последует дальше и был весьма заинтересован, однако не хотел сразу же выражать согласие и первым сдавать позиции.
«Нам нужен, — продолжал Цвильман, — опытный человек, который разработал бы детали, следил за заказами и совершал закупки. Мы знаем, какую громадную работу ты выполнил в Чикаго. Мы решили, что ты тот, кто нам нужен для этого задания. Что скажешь. Джей Ти?»
Внутренне Торрио весь просиял. Он уже предвкушал сложные проблемы управления и логистики, которым бросит вызов. По сравнению с ними недвижимость покажется детской игрушкой Единственное, что омрачало его радость — это мысль об Анне. Он предпочел бы заниматься законным бизнесом.
Он будет постоянно занят работой, и Анна все поймет. Из его скрытности она сделает вывод, что муж вернулся к сомнительным источникам дохода. Он уже не сможет сказать, что занимается недвижимостью. Джон ведь никогда ей не лгал.
Торрио пообещал себе, что Анне никогда больше не придется навещать его в тюрьме. Он будет вести осторожную игру и управлять шоу из тени. Никаких больших посиделок вроде этих. Ноги его больше здесь не будет.
Джей Ти любезно сказал Цвильману: «Звучит многообещающе. Давайте это обсудим…»
Торрио назначил своим представителем в прямых связях с картелем жителя Нью-Йорка Фрэнка Загарино. Загарино открыл офис в Ньюарке, где регулярно получал инструкции по телефону. Когда Торрио нужно было дать личные указания небольшим группам людей, он устраивал встречи в холле отеля. Один и тот же отель почти никогда не использовался дважды.
Он шел в ногу с прогрессом — в прошлом он использовал автомобиль для своих проституток, самолет для поставок алкоголя: сейчас Торрио сделал своим сторожевым псом радио.
Томас У. Мюррей, бывший радист на трансатлантических лайнерах, получил деньги на строительство 75-ваттной радиостанции в своем доме в Ньюарке. Суда картеля, которые разгружали корабли с контрабандным спиртным, были снабжены передатчиками. Мюррей следил за сообщениями Береговой Охраны и информировал моряков о передвижениях врага.
Управление флотом из быстроходных катеров и яхт было поручено двум опытным контрабандистам: Якобу (Яше) Каценбергу и Берту Эриксону, которые умели перевозить контрабанду через таможню. На службе у американских наркоторговцев они поставляли героин и морфин из Европы и Азии. Каценберг, по утверждению Лиги национального комитета по контролю над наркотиками и сильнодействующими субстанциями, представлял собой «международную угрозу».
Чтобы замаскировать свое занятие контрабандной торговлей, Торрио решил скрыть свои истинные доходы и прикинуться бедняком. Он получил из Государственного страхового управления Нью-Йорка лицензию на поручительскую деятельность и открыл поручительскую фирму около здания уголовного суда на Централ Стрит на Манхэттене.
Гангстеры тоже завели свое дело. Джо Адонису принадлежала фирма в Ньюарке, а Голландец Шульц основал Большую Городскую страховую компанию-поручителя, которая осуществляла выкуп под залог семидесяти процентов преступников Нью-Йорка, арестованных за контрабандную торговлю и азартные игры
