— Что теперь? Выносливость? Или переходим к самому интересному? — Со слегка кровожадными оттенками в голосе задала вопрос Аня.
— Давай, наверное, выносливость сначала. — Ответил я, решив идти по плану.
Характеристика телосложения в две сотни единиц, плюс пассивный навык ускоренного восстановления выносливости в принципе и так превратили меня в неутомимый вечный двигатель, которому даже не надо было толком спать — пара часов легкой дремы раз в пару суток хватало с лихвой. Поэтому тестировать её было сложно и… скучновато. Но мы нашли способ, который казался логичным военным: тащить в гору волоком тяжеленные, специальные салазки с бетонными блоками, вес которых можно было регулировать. Цель — двигаться до изнеможения.
Но, как я и ожидал, ничего интересного или экстремального не произошло. Сколько бы я ни волок эти чертовы салазки, нагруженные под завязку, на пределе своей грузоподъемности по пересеченной местности, стоило сделать короткую, буквально минутную передышку — и запас выносливости восстанавливался почти до максимума. Я чувствовал усталость, мышцы горели, дыхание было глубоким, но это была здоровая усталость спортсмена, а не изнеможение. И в итоге, после получаса этой рутины, я просто плюнул на этот пункт проверки, поставив для себя мысленную галочку, что я способен сражаться или выполнять тяжелую физическую работу сутками напролёт без существенной потери эффективности.
Но для меня это было очевидно и так, даже до тестов.
— Ладно, хватит тягать эти камни. — Фыркнула Аня, наконец дождавшаяся окончания монотонного теста. — Теперь давай постреляем в тебя. Это должно быть забавно. А то ты меня уже убивал пару раз, а я, сколько не пыталась — так и не добилась своего. Пора восстанавливать справедливость!
Глава 9:
— Ладно, хватит тягать эти камни. — Фыркнула Аня, наконец дождавшаяся окончания монотонного теста. — Теперь давай постреляем в тебя. Это должно быть забавно. А то ты меня уже убивал пару раз, а я, сколько не пыталась — так и не добилась своего. Пора восстанавливать справедливость!
Девушка явно шутила, но вот в ее глазах горел опасный такой огонёк азарта. Учитывая её увлекающуюся натуру, как бы не обзавестись мне парой незапланированных дырок совсем не в тех местах.
— Эй, подруга! Полегче! — Сразу же возмущённо крикнула Карина, выходя из центра управления вместе с Машей. — Мы следим за тобой! Стрельба — это серьезно!
— Да ладно, я же шучу! — Отмахнулась Аня, но слегка демоническая улыбка не сходила с ее лица. — Ну, почти.
Девушки, выйдя из комнаты с оборудованием, шли ко мне навстречу, переругиваясь.
— Дурацкие у тебя шуточки, Ань. — Категорично заявила Маша. — Я сама буду стрелять в Максима.
Пока они продолжали перепалку, мы переместились на стрельбище. Длинный, хорошо оборудованный тир с мишенями на разных дистанциях, начиная от пистолетных и заканчивая снайперскими. Но сегодня главной и единственной мишенью был я.
Я стоял посреди открытого пространства, в старых камуфляжных штанах и футболке, босиком. Без защитного костюма и слегка мандражировал. Всё же меня сейчас собирались расстреливать.
— Начинаем с малого! — Предупредила Маша, проверяя пистолет — стандартный армейский «Грач» под патрон девятимиллиметрового калибра. — Стреляю, одиночными. Стоило бы, конечно, вообще взять для начала пневматику или травмат, но где её тут, на военном полигоне, взять? Так что терпи. — Она встала в стойку для стрельбы, примерно в десяти метрах от меня.
Впрыснувший в кровь адреналин хоть и гасился навыком гормональной стабилизации, но огненная волна по телу прокатилась. Время снова замедлилось, само по себе, без моего на то даже сознательного желания, и я отчетливо увидел вспышку выстрела, клубок дыма и медленно плывущую ко мне, вращающуюся в воздухе пулю. Она казалась такой маленькой, такой безобидной в этом замедленном мире.
Отчётливо вспомнилось, что я когда-то видел похожий момент в старых фильмах про супергероев, только там героя расстреливали из автоматов. Захотелось попробовать. Поднял вверх руку, ловя пулю двумя пальцами — большим и указательным, как монету. Но не удержал её. Она, больно царапнув подушечку пальца, как раскаленная игла, понеслась дальше, врезавшись в меня в районе груди, чуть правее центра.
Боль была мимолетной, словно меня просто ущипнули или ужалила оса. Я скосил взгляд вниз. На серой футболке, зияла аккуратная дырочка с опаленными краями. Под ней, на коже — маленькая ссадина, красноватое пятнышко размером с пятикопеечную монету. Пуля, потерявшая часть кинетической энергии после того, как я пытался поймать её, просто шлепнулась о грудную клетку, сплющилась и отскочила, упав на землю. Я нагнулся, поднял теплый, слегка деформированный кусочек свинца с медной оболочкой и рассмотрел его поближе. Обычная пистолетная пуля. То, что еще пару месяцев назад могло убить меня наповал при попадании в грудь, теперь лишь оставило красное пятно, которое уже начало рассасываться на глазах, зудя.
