— Правильно всё сделали, — похвалил я их за то, что не стали выносить сор из избы. — Я с ней сам разберусь, спасибо. Вы хорошо поработали.
Странное чувство, что я могу хоть на кого-то опереться в этом мире, сейчас приятно грело грудь. Не зря я решил больше внимание уделить социальным связям, а не личному развитию. Успеется ещё, главное — это окружить себя верными людьми. А золото и знания с дружиной легче получить, чем без неё.
— Что теперь будешь делать? — спросил меня Ломоносов, когда мы остались наедине в моей комнате. Все сытно отужинали и разошлись по своим делам.
Иван имел в виду с атлантом.
— Продам, — ни секунды не думая, ответил я буднично.
— Сазонову? — с недоумением уточнил бывший клирик.
Я погладил себя по набитому до отказу животу и откинулся на подушку, всем своим видом показывая, что не прочь бы и вздремнуть.
— Может быть, — неопределённо ответил я ему и зевнул. — Назначь с ним встречу на послезавтра.
— А почему…
— Хр-р-р…
— Понятно, — сказал сам себе Ваня и вышел из комнаты, ответ он получил потом, когда барон продрых тридцать часов кряду.
Приведя себя в порядок после медвежьей, как сказал Бес, спячки, я вместе со всей оравой подданных укатил в Громовец на важную встречу. Она была назначена в «Прайде».
Клуб Скаржинского выступал гарантом таких уникальных сделок. С нами также отправился и новый лучник Захар. Я решил использовать его по полной: хочешь обучения и магического прогресса? Так поработай. Да, ручками. Я понимаю, что дворяне не привыкли это делать, но такие уж у нас условия договора. Мне нужен был сильный костяк дружины, чтобы привлечь других талантливых магов и воинов.
В общем, все вошли внутрь, но с Сазоновым мы пересеклись наедине в библиотеке. Когда вошёл туда, то сразу понял, что дело принимает иной оборот.
«Как быстро», — успел я отметить про себя.
— Здравствуйте, Артём Борисович, — вместо промышленника за столом сидел мужчина с колким взглядом вежливого убийцы, сам же скупщик с виноватым видом стоял по струнке слева от него.
Сазонов смотрел себе под ноги, как проштрафившийся школьник, и ждал милосердия от «учителя».
— Вы можете идти, — обратился незнакомец к моему компаньону, и тот, раскланиваясь, выскочил из библиотеки, только пятки сверкали. За ним последовала и охрана чиновника из трёх обвешанных артефактами магов.
Мой собеседник был важной шишкой, но именно таких гостей я и ждал.
— Присаживайтесь, барон — показал тот рукой в белой перчатке.
— Если мы будем разговаривать тет-а-тет, то и он пусть уйдёт, — я показал пальцем туда, где в тенях прятался ещё один телохранитель.
Снаружи послышались разговоры на повышенных тонах, это Бес закусился с молчаливым хмурым воином, что мешал сычовцам пройти внутрь.
Я открыл дверь и махнул им, что всё в порядке, а заодно вежливым жестом пригласил подслушивавшего теневика на выход. Тот недовольно выбрался из потустороннего мира и по команде начальника покинул комнату.
— Ну-с, не потрудитесь объяснить, молодой человек, откуда у вас взялись два атланта тени?
— После того как пойму, с кем имею честь.
Собеседник слегка улыбнулся.
— А мне говорили вы сообразительный.
— Не настолько, чтобы читать чужие мысли, — парировал я.
— Я Тайный советник Геннадий Степанович Нарышкин.
— Что ж, теперь, когда всё прояснилось, мне нечего скрывать — эти два атланта сделал я, — утаивать собственные силы больше нет смысла.
Бровь высокопоставленного чиновника взметнулась вверх. Его голову усеивали мелкие кудряшки, но эта мягкость была обманчива. Передо мной был один из самых жестоких и хитрых людей императорского двора. Я хорошо успел изучить «Бархатную книгу», а также много о чём беседовал с Бенкендорфом. Он как-то нелестно упоминал Нарышкина и его цепных псов.
Все эти телохранители максимально владели своими стихиями, а также обучались фехтованию и рукопашному бою. Каждый из них прошёл жесточайший отбор. Так что я не хотел стычки моих неокрепших дружинников с этими волкодавами, но и стелиться перед Тайным советником — такое себе для моего уровня.
— Это категорически невозможно, — ответил, наконец, аристократ.
— Да спросите кого угодно, — покрутил я пальцем, имея в виду всё поместье Барятинских. — Хоть бы мою матушку или отца — они врать не станут. Слишком много людей видело сам процесс.
— Это мы обязательно, барон. Всё проверим. Но сейчас вы должны поехать с нами.
— Как сейчас? — недоумевал я.
— Именно.
— Дайте хотя бы день на сборы, мне ещё в Бастион возвращаться…
— Не до этого, мне приказано в срочном порядке привезти вас в Москву. Вы принесли с собой товар? — спросил он, обыскивая меня цепким взглядом, и остановился на груди, где, собственно, и висело моё оружие.
Набор ножен крест-накрест расходился на кожаных полосках — это сделано для удобного вынимания нужных стихийных артефактов. Всё подогнано под костюм, дабы не пугать постояльцев.
Нарышкин протянул руку, намекая, чтобы я отдал ему атлант, но получил шиш с маслом.
— Если едем срочно, то я лично передам свою работу Его Величеству.
— Не зарывайтесь, юноша, — грозно посоветовал Тайный советник.
— Либо так, либо день на сборы.
