— Вот их бы побольше, конечно, — поглаживая длинный ус, сказал император, жалея, что мне досталась в дар слишком уж редкая стихия, но вскоре опомнился. — Но тени тоже хорошо, это превосходно. Снабдим ими корпус разведки. А насчёт семидесяток — поддерживаю. Даю добро, Барятинский: всё, что произведёшь от семидесяти и выше — всё скуплю и вниманием не обижу, слышишь? Империи сейчас нужны такие умельцы.
Мы ещё какое-то время обсудили нюансы поставок, сходясь в цене, сроках и количестве. На атланты мне была обещана ресурсная поддержка государства: сырьё будет направляться в мастерские Барятинских в режиме реального времени. То есть, как только на складе появляется нужный ингредиент, его тут же резервируют именно для меня. Лучше не придумаешь. Однако минимум в пять атлантов я должен выполнить, а это тридцать пять дней чистого ремесленничества — солидная нагрузка на организм.
Павел сильно удивился, узнав, какой на самом деле у нас поток высокоранговых артефактов, и пару раз вызывал своих советников, давая им поручения. Война — это не только то, что разворачивается на поле боя, отнюдь. Большая её часть как раз происходит в таких вот встречах и договорах.
Вооружить войско, организовать подводы, провиант, лошадей, грамотно расквартировать всех по зелёным хуторам, скоординировать и провести учения — это дело не одного дня для столь широкомасштабной операции, как уничтожение «Северной».
При этом надо ещё следить за порядком внутри государства, за исполнением законов, за геополитикой — и всё в столь юном возрасте. Я бы никогда не хотел быть правителем страны. Слишком уж хлопотно.
Неоднократно видел таких вот полных сил монархов, которые либо не доживали до старости от свалившихся невзгод и ответственности, либо были иссушены духовно и морально под конец своих дней. Бремя власти не для меня, лучше уж быть раздолбаем и прожить счастливую жизнь в окружении двух красавиц.
Я не обманывался и знал, что Его Величество перед встречей прочитал самое подробнейшее досье на меня. Разведка в Российской империи работала как надо. Потому всё прошло так гладко. Также он отметил и мои бастионские успехи и мастерство в выслеживании противника.
— Очень вовремя пришлась твоя помощь, нам нужен крепкий тыл. Как насчёт того, чтобы поработать с предателями и в других местах?
— Это как? — заинтересовался я и вскоре получил персональное задание.
— В общем, пока задержитесь в Москве, барон. В детали вас посвятит Нарышкин, аудиенция окончена.
Я немедля откланялся. За дверьми уже ждали следующие посетители, все при параде и разодетые в лучшие костюмы и изысканный французский парфюм. Когда он исходит от одного человека ещё ладно, но, сконцентрированный на таком количестве вельмож, становился категорически невыносимым.
Все эти государственные мужи с интересом разглядывали меня и остальных дружинников. Морщась от какофонии запахов, я махнул ребятам, чтобы шли за мной, и попросил слугу отвести меня в покои Тайного советника. Кажется, мой визит в столицу немного затянется.
— Это здесь? — спросила Софи у извозчика, с неодобрением смотря на вывеску и витрину двухэтажного старинного здания.
— Ну, вы про Сыча, то бишь, говорили, барышня?
— Да, — кивнула она.
— Здесь и проживает-с, с кралей своей, а моё дело что? Моё дело малое, доставить-с. Вот вещички ваши, помочь? — спросил он, кивая на дом, но Софи помахала ручкой и сама ухватилась за объёмный чемодан.
Мужчина хмыкнул, залез на козлы и, цокнув на лошадь, ускакал в поисках других клиентов. Уварова выпустила несколько раз пар изо рта, глубоко вздохнула и, крепко сжав ручку, потащилась вперёд. Неожиданно дверь распахнулась, и оттуда выпрыгнул веснушчатый рыжий мальчишка.
— Вам что-то купить, мадам? — галантно спросил он и тут же ухватился за её чемодан. — Позвольте, я помогу.
— Нет, не надо…
— Я всё же настаиваю, — на его лице играла хитрая улыбка чертёнка.
Он шустро потащил тяжёлый груз внутрь, даже не спросив, кто она и что ей нужно. Уварова растерялась, но на ступеньках немного помогла юному помощнику. Вскоре оба были внутри. Девушка сама не заметила, как оказалась за столом на кухне с чашечкой чёрного чая и каким-то вкусным печеньем. Дома было пусто, и она оглядывалась по сторонам, ища взрослых.
— Вы, значит, к Артёму Борисовичу? — спросил Ицхак, так звали еврейского мальчика, Софи кивнула. — Его здесь нет, в Москве ещё. Но, если очень надо, можем и связаться, а вы кем ему приходитесь?
— Будущей женой, — поставив чашку, ответила она, лицо рыжего мальчугана вытянулось и застыло в глуповатой улыбке с открытым ртом.
В этот момент хлопнула дверь и в помещение вошла черноволосая девушка с большой плетёной корзиной под рукой.
— Ицхак, я нам немного кренделей взяла, бери пока горячие, а что это у нас тут, гости…
