Для проверки нужен был специальный церковный прибор на основе священных камней, и он дорого стоил. Но свято место пусто не бывает. Существовала целая прослойка магов-самоучек, не связанных с военными.
Они-то и отыскивали заброшенные объекты и пытались заполнить свои процентили нужным атрибутом. Ликвидаторами это ни к чему — всё равно в любое место силы в империи у них бесплатный вход, а вот всяким тёмным личностям или чудикам — самое то.
Глаза Ломоносова светились голубым светом в темноте, и мы шли по взятому им следу. Кто бы это ни был — он хотел нам причинить неудобства. Я не был знаком с возможностями магии иллюзий, но подозревал, что она может быть противной штукой.
Шаг за шагом мы вышли уже в более просторный туннель, где народ устроил нечто вроде рынка с прилавками в виде деревянных ящиков, сбитых вместе. Здесь голь продавала всякий краденый хлам, бурно шли торги, и каждый пытался урвать себе выгодную сделку. За всем следили три широкоплечих мага с короткими дубинками. Один из них неприятно скользнул по нам взглядом и толкнул своего товарища.
Ваня смотрел в пол, чтобы не выдавать свечение. Нахлобученный на лоб козырёк скрывал глаза, а обычное зрение Ивану не нужно было — он и так всё видел.
— Вы кто такие? — спросил нас один из подошедших блюстителей порядка. — Раньше я вас тут не видел, — сзади подошёл его квадратноголовый коллега без признаков цивилизации на лице.
Со стороны наша группа не казалась опасной. Два худосочных мага (Ломоносов и Джон), поджарый низкорослый Бес и я, только недавно покрывшийся наростом мускул, которые всё равно скрывало дырявое тряпьё. Наша проблема была в другом — слишком культурные лица на фоне местного контингента.
— Мы Сысойских будем, Миша Огузок, слышал о таком? — нашёлся Бес и протянул припрятанную в кармане папиросу, здоровяк принял угощение и зажёг её пальцем, глубоко вдохнув дым, он задумчиво выдул его и показал на своего друга. — Ещё есть?
Бес поделился и с двумя другими. Маги нахваливали хороший табак и нашли общий язык с болтливым бухарцем. Рустам, как мог, пытался не нарываться на конфликт — нам это сейчас ни к чему.
— Образованные? — спросил меня тот, с кем мечник начал беседу, и я решил не отпираться.
— Да.
— Чего забыли тут?
— Правды ищем, надо кое с кем поговорить, — расплывчато ответил я, чем вызвал косой взгляд квадратноголового.
— Значица так, мужики, никакого Сысойского я знать не знаю, но чтобы вас здесь больше не видел, — потушив окурок чëрным сапогом, строго ответил главный. — Нам тут проблемы не нужны, мы люди честные, политиками вашими не занимаемся.
— А как можно…
— Валите, я сказал.
Признаться, я думал, нас как минимум попытаются нагреть на сотку другую. Импровизированную подземную барахолку мы прошли без проблем, но спустя полчаса кое с кем встретились на круглой развилке. Туннели отсюда уходили в четыре стороны, но сейчас они были перекрыты толпами недружелюбно настроенных личностей. Любые свидетели, естественно, магическим образом испарились.
Я хотел было повернуть назад, но почувствовал биение жизни в ста метрах — за нами и оттуда уже шли. Семь человек. Все мужчины. Теоретически мы могли бы прорваться сквозь них, но я придумал план получше.
Попросил Ломоносова и Джона быть начеку — их барьер нам скоро понадобится. Мы вышли на середину перекрёстка, и клирики озарили каждый закоулок этой дыры ярким светом.
Наши враги зажмурились и выставили руки вперёд. Явно не ожидали, что среди нас есть церковные маги. Я же вспомнил одно старое некромантское заклинание, уже послужившее мне палочкой-выручалочкой на поле боя.
— Сыч, мне их даже жалко убивать, — поморщился сзади Бес, рассматривая противника. — Какие-то они убогие.
Вынужден с ним согласиться. Сейчас я настраивал тридцать рунических кругов в изменённую последовательность. С нами разговаривать не стали — просто налетели со всех сторон. Я подождал, когда орава из тридцати человек подберётся вплотную, и скомандовал.
— Щиты!
Бандиты со всего разбега налетели на невидимую преграду и попадали в кучу. Пока они не успели опомниться, я выпустил наружу розовое облако тумана. Оно расползлось по развилке и даже залетело дальше в туннели.
— Что это за херня, мужики?
— Какая разница? Бей ушлёпков!
Дубинки и заклинания со всех сторон застучали по нашему барьеру, вызывая на нём всполохи. С гнилыми жёлтыми зубами, со шрамами на лице и глазами навыкат эта свора пыталась смять нашу защиту. Ведь все знали, что мана у клириков не вечна. Хитровка не боялась никого — толпой можно забить любого.
Однако вскоре нападавшие похватались за животы и отбежали в сторону. Один из них бросил мачете и прижал руки к заднице, но это его не спасло. Жидкий коричневый поток окрасил его штанину, а стоявшие рядом товарищи заржали в голос. Вскоре число обосранных возросло и нашим врагам уже стало не до смеха. Они матерились, плевались, но, даже потеряв достоинство, старались достать четверых богатеньких выскочек.
