Когда лодки подошли ближе, один из местных жителей — седой мужчина средних лет с суровым обветренным лицом — встал во весь рост и что-то крикнул на незнакомом Рюрику языке.
Хельга прислушалась, затем ответила на том же наречии, хотя и с заметным акцентом. Произошел короткий обмен репликами, после чего она повернулась к Рюрику:
— Они спрашивают, кто мы и зачем пришли в таком количестве. Я сказала, что мы путешественники с запада, ищущие новые земли для поселения и торговли. Что мы пришли с миром и уважением к местным обычаям.
— Что они ответили?
— Их старейшина говорит, что недавно здесь проходил другой отряд северян, — серьезно сказала Хельга. — Они были враждебны, напали на одну из прибрежных деревень, убили нескольких человек. Теперь все местные племена настороже.
Рюрик нахмурился:
— Скажи им, что мы не имеем отношения к тем разбойникам. Мы пришли строить, а не разрушать. И мы готовы доказать это делами.
Хельга перевела его слова. Местный старейшина выслушал, затем ответил длинной речью, время от времени указывая на флот Рюрика и на берега реки.
— Он говорит, что слышал о конунге с запада, который ищет новые земли, — перевела Хельга. — Слухи доходят быстро по торговым путям. Он не доверяет нам полностью, но готов позволить нам пройти по реке, если мы заплатим дань за проход и пообещаем не нападать на их поселения.
— Разумно, — кивнул Рюрик. — Скажи ему, что мы согласны заплатить справедливую дань и держать своё слово. Более того, мы хотели бы установить дружеские отношения с его народом. Торговать, обмениваться знаниями, помогать друг другу против общих врагов.
Когда Хельга перевела, старейшина внимательно посмотрел на Рюрика, словно пытаясь оценить его искренность. Затем что-то произнес, указав на берег.
— Он приглашает тебя и нескольких твоих людей на берег для более подробных переговоров, — сказала Хельга. — В их главное поселение, которое находится чуть выше по течению. Там можно обсудить детали нашего прохода через их земли.
Рюрик задумался. Предложение могло быть честным, а могло и скрывать ловушку.
— Спроси его, можем ли мы пришвартовать наши корабли рядом с их поселением, чтобы все наши люди могли сойти на берег и отдохнуть после долгого пути.
Хельга перевела вопрос. Старейшина ответил после короткого размышления.
— Он говорит, что их бухта слишком мала для всего флота, — сказала Хельга. — Но в полумиле выше по течению есть широкий песчаный берег, где мы можем остановиться всем флотом. Их поселение находится рядом, в лесу. Он предлагает провести нас туда.
Рюрик посмотрел на Виктора, молча стоявшего рядом. Тот слегка кивнул, подтверждая, что предложение звучит разумно.
— Хорошо, — решил Рюрик. — Скажи ему, что мы принимаем его предложение. И что я с нетерпением жду встречи на берегу.
Хельга перевела, и старейшина удовлетворенно кивнул. Лодки развернулись и поплыли вперед, показывая путь флоту Рюрика.
— Что думаешь? — тихо спросил Рюрик Виктора, когда местные отплыли на достаточное расстояние.
— Они напуганы и осторожны, но, похоже, искренни, — ответил тот. — Тем не менее, будь готов к любому повороту. Возьми с собой на берег только самых надежных людей и оставь Трувора командовать флотом на случай, если понадобится быстрая эвакуация.
Рюрик кивнул:
— Именно так я и планировал. И, Хельга, — он повернулся к ней, — ты пойдешь со мной. Твои знания языка будут необходимы.
— Конечно, — согласилась она, хотя в глубине души испытывала смесь волнения и тревоги. Это была ее первая настоящая дипломатическая миссия, и от её успеха могло зависеть всё их предприятие.
Вскоре флот достиг указанного места — широкого песчаного берега, удобного для высадки. Корабли пришвартовались, и люди начали сходить на сушу, радуясь возможности размять ноги после долгих дней в море.
Рюрик отобрал для похода в поселение местных двадцать воинов из числа самых опытных и преданных. С ним также пошли Виктор, Хельга и её отец, уже достаточно оправившийся от ранения, чтобы участвовать в переговорах.
Поселение находилось в четверти мили от берега, укрытое среди густого леса. Это был типичный для тех мест укрепленный городок — несколько десятков деревянных домов, окруженных частоколом из заостренных бревен. У ворот их встретила группа местных старейшин во главе с тем самым седовласым мужчиной, что говорил с ними на реке.
Ворота поселения были открыты, но по обе стороны от них стояли местные воины с копьями и луками — не угрожая, но и не скрывая готовности защищаться в случае необходимости. Старейшина жестом пригласил делегацию Рюрика войти.
— Добро пожаловать в Сюрья-кюля, — произнес он на своем языке, который Хельга перевела как "Поселение у излучины".
Внутри городка царило настороженное оживление. Женщины и дети с любопытством выглядывали из домов, но не приближались к пришельцам. Мужчины держались поблизости от своих семей, многие с оружием в руках. Было очевидно, что недавнее нападение северян, о котором говорил старейшина, оставило свой след в сердцах этих людей.
