— Мне нравится, что вы сделали с этим городом, — сказал он Мэру. — Весьма… апокалиптично. Кажется, у вас вошло в привычку превращать земли, которыми управляете, в груду обугленных руин.
На взгляд Темпла, их что-то связывало. Вдруг он понял, что теребит пуговицы, и заставил себя остановиться.
— Эти господа — все ваше войско? — спросила Мэр, разглядывая грязных, чешущихся и плюющих наемников, которые разбредались по игорному залу.
— Эти? Да нет! Кое-кого мы потеряли, пробираясь через Дальнюю Страну — неизбежное дезертирство, частично лихорадка, некоторые стычки с духолюдами. Но эти мои верные сподвижники лишь цвет нашего отряда. Остальных я оставил за городом. Всего их, скажем так, около трехсот…
— Двести шестьдесят, — поправил Балагур.
Мэр, услышав его, побледнела еще сильнее.
— Включая Инквизитора Лорсена и его экзекуторов?
— Двести шестьдесят восемь.
При упоминании об инквизиции на лицо Мэра наползла смертельная белизна.
— Если бы я ввел отряд из двухсот шестидесяти восьми бойцов во взбудораженный город вроде вашего, здесь, признаться честно, могло бы начаться побоище.
— Не лучший выход, — добавил Брачио, протирая слезящийся глаз.
— А есть лучший выход? — пробормотала Мэр.
Коска глубокомысленно подкрутил кончик уса двумя пальцами.
— Есть… градации, некоторым образом. А вот и они!
Черное одеяние Инквизитора Лорсена потрепала непогода, щеки, впавшие сильнее, чем когда бы то ни было, обросли кустистой желто-седой бородой, но глаза сверкали столь же целеустремленно, как и в тот день, когда Рота выдвигалась из Малкова. И даже сильнее.
— Позвольте представить вам Инквизитора Лорсена, — Коска задумчиво почесал прыщи на шее. — Мой нынешний наниматель.
— Польщена, — ответила Мэр, хотя от Темпла не укрылось напряжение в ее голосе. — Позвольте поинтересоваться, какие дела привели Инквизицию Его Величества в Криз?
— Мы преследуем сбежавших бунтовщиков! — провозгласил Лорсен на весь зал. — Изменников Союза!
— Мы здесь так далеки от Союза.
Улыбка Лорсена, казалось, могла заморозить всех собравшихся.
— Длани Его Высокопреосвященства простираются все дальше и дальше с каждым годом. За отдельных личностей назначено крупное денежное вознаграждение. Списки будут развешаны по всему городу. Возглавляет его предатель, убийца и зачинщик восстания — Контус!
Савиан сдавленно кашлянул, Лэмб похлопал его по спине, но Лорсен уже полностью сделал стойку на Темпла и ничего не замечал.
— Вижу, мы вновь обнаружили этого скользкого лгуна.
— Да что там! — Коска отечески потрепал плечо Темпла. — Определенная скользкость вкупе с истинной хитростью — качества, которые являются достоинствами законника. Но за всем этим скрывается личность, обладающая совестью и нравственной отвагой. Я легко доверю ему свою жизнь. Ну, или, по меньшей мере, свою шляпу.
Он сорвал головной убор и накрыл им стакан Темпла.
— До тех пор, пока вы не доверите ему мои дела. — Лорсен махнул экзекуторам. — Идемте. Нужно задать ряд вопросов.
— Он просто очаровашка, — произнесла Мэр, глядя инквизитору вслед.
Коска снова поскреб сыпь, оценивающе осмотрел ногти.
— Одной из важнейших своих задач Инквизиция считает пополнение рядов фанатичными и благопристойными истязателями.
— И кое-кто из старых наемников с дурными манерами, похоже, им тоже пригодился.
— Работа есть работа. Но меня сюда привели и собственные причины тоже. Я ищу человека, который называет себя Грегой Кантлиссом.
Произнесенное имя пронеслось по комнате, словно снеговой буран. Все замолчали.
— Мать твою… — прошептала Шай.
— Вы о таком не слышали? — с надеждой поинтересовался Коска.
— Изредка он здесь появляется, — тщательно подбирая слова, ответила Мэр. — Что будет, если вы его найдете?
— Тогда мы с моим стряпчим, не говоря уже о благородном нанимателе Инквизиторе Лорсене, уберемся отсюда подальше. Наемники пользуются дурной славой, но поверьте мне — я никому не желаю неприятностей. — Он лениво побултыхал остатки выпивки в бутылке. — Ведь вы наверняка знаете, где сейчас находится Кантлисс.
Повисла тяжелая тишина, сопровождавшаяся обменом взглядами. Наконец Лэмб медленно поднял голову. Лицо Шай окаменело. Мэр попыталась успокоить их едва заметным пожатием плеч.
— Он закован в цепи и сидит в моем подвале.
— Сука, — выдохнула Шай.
— Кантлисс наш, — Лэмб отодвинулся от стойки, держа напоказ левую перевязанную руку на эфесе меча.
Кое-кто из наемников напыжился, принимая воинственные позы. Каждый свою, но вместе они напоминали котов, выясняющих отношения в залитом лунным светом переулке. Балагур просто смотрел с непроницаемым лицом, как игрок. И кости негромко щелкали друг о друга в его кулаке.
— Ваш? — удивился Коска.
— Он сжег мою ферму, украл моих сына и дочь и продал их каким-то дикарям. Мы преследовали его аж из Ближней Страны. Он обещал провести нас в горы и показать, где живет Народ Дракона.
Возможно, тело Старика и утратило с годами былую гибкость, но его брови по-прежнему оставались одними из самых подвижных в мире. Теперь они взлетели на небывалую высоту.
— Народ Дракона, говорите? Может, мы сумеем быть полезными друг другу?
