— Разумеется. Особенно рискуют члены закрытого совета и те, кто трудится от их имени. Они вряд ли сохранят свободу действий, если на трон сядет могущественный человек вроде Брока или Ишера.
«А некоторые из нас и недели не протянут на этом свете».
Маровия вилкой подцепил кусочек морковки и кисло уставился на него.
— Прискорбное положение дел. Было бы намного лучше, если бы Рейнольт или Ладислав остались в живых. — Чуть подумав, он добавил: — Или хотя бы только Рейнольт. Мы можем сколько угодно рвать на себе волосы, но голосование состоится завтра. Пути к исцелению нет. — Он перевел взгляд с морковки на Глокту. — Или вы полагаете, что есть?
— За вас, ваша милость, голосуют от двадцати до тридцати членов открытого совета.
Маровия пожал плечами.
— У меня есть определенное влияние, не смею отрицать.
— Архилектор набирает лишь тридцать голосов.
— Рад за его преосвященство.
— Погодите. Если вы двое продолжите противостояние, ваши голоса не будут иметь никакого значения. Победят Ишер или Брок, но разницы для вас нет.
Маровия тяжело вздохнул.
— Печальный конец наших блестящих карьер.
— Если только не объединить усилия. Вдвоем вы можете набрать шестьдесят голосов. Почти столько же, сколько есть у Брока. И этого будет достаточно, чтобы посадить на трон Скальда, Барезина, Хайгена или кого-то вовсе не известного. Решим по обстоятельствам. Кого-то, на кого в будущем можно будет повлиять. Кого-то, кто сохранит закрытый совет в прежнем составе.
— Король, который всех нас осчастливит?
— Если у вас есть предпочтения, скажите, и я сообщу это имя его преосвященству.
«Новый шаг — очередная лесть, еще больше унижений. Ох, мне бы такой кабинет. Сиди себе в уюте, пока за дверью выстраивается очередь из раболепных ублюдков, готовых улыбаться моим оскорблениям, верить лжи и выпрашивать себе на погибель поддержку».
— Хотите знать, что осчастливило бы меня, наставник Глокта?
«Ну вот, выслушивать соображения очередного старого властолюбивого хрыча».
— Хочу, ваша милость, очень.
Сложив столовые приборы на тарелке, Маровия откинулся на спинку кресла и устало вздохнул.
— Я бы вообще предпочел отказаться от королей, чтобы у всех в стране были равные права и равная ответственность перед законом, чтобы каждый мог принять участие в управлении и мог сам выбирать себе вождя. Не нужны ни король, ни знать, пусть будет только закрытый совет, избираемый народом и перед ним же отвечающий. Скажем так, закрытый совет, открытый для всех. Что скажете?
«Кое-кто назвал бы это изменой, остальные — безумием».
— Я скажу, что ваши соображения похожи на сказку.
— Отчего же?
— Бо́льшая часть людей только и ждет, чтобы ими командовали. Им проще слушаться, нежели самим принимать решения.
Верховный судья рассмеялся.
— Возможно, вы правы, но все переменится. Восстание наглядно это продемонстрировало. Мало-помалу, шаг за шагом все переменится.
— Уверен, лорд Брок на троне — не тот шаг, который мы хотели бы предпринять.
— Лорд Брок действительно имеет сильные притязания на трон и по большей части думает лишь о себе. Тут я с вами согласен, наставник. — Маровия откинулся на спинку кресла, сцепил руки на животе и сквозь прищур уставился на Глокту. — Что ж, хорошо, передайте архилектору, что на сей раз я выступлю заодно с ним. Если нейтральный кандидат с хорошей поддержкой заявит о себе, я отдам ему свои голоса. Надо же, закрытый совет объединяется, кто бы мог подумать! — Он медленно покачал головой. — Воистину, странные времена…
— Воистину, ваша милость. — Глокта встал, поморщился, перенося вес на больную ногу, и зашаркал через сумрак кабинета к двери.
«Очень странно, что наш верховный судья столь философски отнесся к тому, что не сможет завтра выиграть. Человека спокойнее я в жизни не встречал». Взявшись за ручку двери, Глокта на мгновение замер. «Можно подумать, что он знает нечто, неведомое нам. Или у него в голове созрел некий план».
Глокта обернулся и спросил:
— Могу ли я доверять вам, верховный судья?
Маровия, с ножом в руке, резко взглянул на полковника.
— Занятно и необычно слышать подобный вопрос от человека вашей профессии. Будьте уверены, что я действую в своих интересах. Я же буду уверен, что вы действуете в своих. На этом наше взаимное доверие исчерпывается. Вы умный человек, наставник, и нравитесь мне. — Маровия вонзил вилку в мясо, выпустив ручеек крови. — Вам стоило бы найти себе другого начальника.
Глокта вышел из кабинета.
«Какое заманчивое предложение… Но у меня их и так вдвое больше, чем надо бы».
Узника, сухопарого и жилистого типчика, как обычно, раздели, накинули ему на голову мешок, а руки надежно сковали за спиной. Глокта смотрел, как Иней тащит его из подвалов в сводчатую комнату, и пленник едва поспевал, запинаясь и шлепая босыми ступнями по холодному полу.
— Найти его оказалось не так уж трудно, — доложил Секутор. — Он сразу отбился от компании и шатался по городу, не желая исчезать, как вонь — из сортира. Взяли ночью.
Иней рывком усадил узника на стул.
