– Что, вы же?! А, может, она в яму какую упала… может, ногу подвернула или ещё что-то стряслось! Я ведь предлагала пойти, поискать в лесу! Тебе конкретно и предлагала… трусу тому и предлагать бесполезно было… И что ты мне ответил тогда? Ведь тоже сдрейфил?
Жорка тяжело и обиженно сопит, но ничего на это не отвечает.
– Ладно, проехали!
Лерка встаёт, поправляет курточку.
– Пошли!
Жорка послушно поднимается, и они снова идут куда-то вниз, за валуны.
– Я с вами! – говорю я им вдогонку и пытаюсь встать, но Ленка тотчас же хватает меня за руку.
– Не пущу! – решительно заявляет она. – Куда тебе идти!
Лерка оборачивается, некоторое время исподлобья смотрит на нас.
– Огонь посматривайте. Да веток помногу не бросайте, так… чтобы не погас только…
И они с Жоркой исчезают за каменным нагромождением.
А мы с Леркой остаёмся вдвоём.
– Господи, Санечка! – Лерка вновь припадает лицом к моей груди. – Санечка!
В это время из пещеры выходит Витька. Увидев нас, он останавливается в какой-то странной нерешительности, потом всё же подходит, садится рядом с Ленкой.
– Ну что? – спрашиваю я. – Как он?
– Так же!
Услышав Витькин голос, Ленка чуть вздрагивает и немного отодвигается от меня. Теперь она сидит между мной и Витькой… как раз посередине. А голова моя вновь начинает болеть и сильно кружиться, в левое плечо словно раскалённые гвозди вбивают… и ещё я не могу не думать о Наташе… ни о чём другом я сейчас не могу думать…
– Жрать хочешь?
Очнувшись, наконец, от тягостных своих раздумий, я недоуменно смотрю на Витьку. О чём это он?
– Ну, чего смотришь? Я спросил: кушать хочешь? Ам-ам желаешь? Сейчас принесу.
Он неторопливо встаёт, вновь скрывается на мгновение в пещере. Выносит из неё два каких-то бананоподобных плода, огромных, по полметра каждый.
– Держи! Вполне съедобные… проверяли…
– Не хочу!
Удивительно, но я и в самом деле не хочу есть. Мне даже думать о еде не хочется почему-то…
– Дело хозяйское! – говорит Витька. – А, может, поешь всё-таки?
Я ничего не отвечаю.
– А ты? – обращается Витька к Ленке. – Будешь?
Ленка смотрит на меня и тоже ничего не отвечает.
– Ладно!
Витька неторопливо обдирает один из плодов, начинает его жевать. Жадно, шумно, с каким-то неприятным сопением. А Ленка незаметно наклоняется к моему уху.
– Иди за мной! – шепчет она, жарко дыша мне в ухо. – Только тихо! И никому ни слова, понял?!
Я так ничего и не понял, но на всякий случай кивнул. Может, потом пойму…
– Ну, всё, я пошла! А ты догоняй!
Ленка встаёт, медленно, не спеша, идёт куда-то вверх по тропинке или чему-то очень на неё похожему. Дождавшись, пока её тоненький силуэт исчезнет за поворотом, я тоже поднимаюсь и обнаруживаю, что Витька уже успел меня опередить.
– Ты куда? – с некоторым даже беспокойством осведомляется он. – Чего встал?
– А ты чего? – вопросом на вопрос отвечаю я.
Витька лишь молча пожимает плечами и так мы некоторое время стоим друг против друга… стоим, смотрим друг другу в глаза… до тех самых пор, пока Витька первым не отводит взгляд.
– Не надо, Витёк! – говорю я тихо, почти шёпотом. – Не советую! Лучше сядь!
Витька послушно садится, а я почти бегом устремляюсь вслед за Ленкой. И нагоняю её за поворотом.
– Теперь направо и вверх, – говорит Ленка, не оборачиваясь. – Видишь тропинку?
Перед нами и в самом деле тянется вверх узенькая каменистая тропочка. Или что-то очень похожее на узкую каменистую тропочку.
– А что там? – невольно вырывается у меня. – Зачем нам туда?
Ленка, обернувшись, немедленно закрывает мой рот прохладной своей ладошкой.
– Молчи! – шепчет она. – Просто иди и молчи! Тут такая слышимость!
Ленка взбирается вверх по тропочке первой, я за ней. Стараясь не отстать, я, кажется, трачу слишком много сил, а их, сил, то есть, у меня сейчас явный дефицит. А тут ещё вновь начинает зверски болеть плечо, и голова тоже едва не раскалывается от боли. И когда же, наконец, она закончится, чёртова эта тропочка?!
Но вот Ленка останавливается. Я тоже останавливаюсь и начинаю внимательно осматриваться по сторонам, одновременно с этим тщетно пытаясь привести в норму разлаженное своё дыхание.
Здесь тоже площадка, но уже без пещеры. Просто площадка. Поменьше той, нижней, и явно поровнее. И даже поросшая вся каким-то мягким зеленоватым то ли мхом, то ли лишайником.
А внизу под нами лес. Лес до самого горизонта… сплошной зелёный океан леса, без единой даже проталины. Страшный, чужой лес… и где-то там, в нём, Наташа. Где-то там, с ней…
Не думать, только не думать об этом! Не думать, иначе…
Иначе можно с ума сойти! Просто сойти с ума…
– Ну, долго ты будешь ещё осматриваться?! – почти сердито бросает мне Ленка. – Учти, у нас мало времени!
– Мало времени? – очнувшись от невесёлых своих раздумий, я недоуменно смотрю на Ленку. – Мало для чего?
– О, господи!
Ленка вздыхает и медленно начинает расстегивать блузку. Потом одним резким движением сбрасывает её с плеч. Выпрямляется, смотрит на меня с каким-то даже вызовом.
А я тоже смотрю на неё. Молча смотрю, как она тщетно пытается расстегнуть лифчик.