Вспомнив о Лерке, я обернулся и посмотрел в сторону пещеры.
Спит…
Это хорошо, пускай поспит. Не так уж и часто выпадало ей такое за эти кошмарные дни…
Я вновь уселся поудобнее и, стараясь хоть как-то разогнать, развеять невесть откуда взявшуюся сонливость, вытащил из кармана потрёпанный сиреневый сборник. Раскрыл наугад.
Боже, неужели это моё?! Неужели, это вот я написал когда-то?!
Наверное, я задремал и задремал здорово. Мне даже успело присниться что-то… правда, что конкретно мне успело присниться, я так толком и не разобрал. Что-то очень домашнее, уютное… и, кажется, там, во сне, была Наташа…
Хриплое угрожающее рычание заставляет меня вздрогнуть и проснуться.
Прямо на меня, жутким ночным кошмаром наплывает из ночной темноты громадная лохматая тень. Смрадное тяжёлое дыхание заполняет воздух… и угрожающе сверкают во мраке ночи зелёные глаза чудовища. В них отраженье костра, и животный страх перед огнём, и слепая ярость дикой, первобытной крови…
Только костёр, слабый догорающий наш костёр удерживал зверя от немедленного нападения.
И я, словно зачарованный, смотрю на него в упор, не в силах ни пошевелиться, ни просто отвести взгляд. И между нами лишь костёр, узкая ненадёжная его полоска…
Чудовище, словно решившись, наконец, делает шаг вперёд… и тогда я, разом очнувшись от цепенящего этого кошмара, резко подаюсь вперёд и, выхватив из огня ярко пылающую головню, с силой швыряю её туда, через костёр…
Короткий глухой рык, треск, затихающий вдали… и вновь тишина…
Я перевожу дыхание, оборачиваюсь.
Спит.
Тогда я торопливо принимаюсь подбрасывать в костёр всё новые и новые порции топлива.
Я долго и старательно «кормлю» верного нашего стража, потом, усевшись на прежнее место, вновь вытаскиваю из кармана замусоленный сборник. Некоторое время молча смотрю на него, потом с какой-то внезапной злостью и отвращением швыряю в огонь…
– Саня!
Вздрогнув, я оборачиваюсь.
Позади меня стоит Лерка.
Совершенно обнажённая, как и тогда на берегу, в тот самый первый вечер нашего с ней знакомства (господи, как же недавно и как давно это было!), она стоит позади меня… но уже не ровный лунный свет, а дрожащие огненные отблески освещают её обнажённое тело. Лерка стоит неподвижно, высоко подняв голову, и с каким-то даже вызовом смотрит на меня. А я тоже смотрю на неё, и продолжается это довольно-таки продолжительное время.
– Поцелуй меня!
Но я почему-то не в силах даже шевельнуться, не то, чтобы сдвинуться с места. Я лишь продолжаю молча смотреть на Лерку…
Господи, какая же она красивая! Где были глаза мои всё это время, почему я сразу этого не разглядел?!
Моё молчание Лерка истолковывает по-своему.
– Понятно! – говорит она глухо и безнадежно. – Ну что ж, извини за беспокойство!
И тогда я, сорвавшись с места, бросаюсь к Лерке и падаю перед ней на колени. Схватив Лерку за руки, утыкаюсь лицом в узкие и прохладные её ладони.
Лерка вздрогнула, сделала слабую попытку освободиться, но ничего у неё из этого не вышло. Я перебирал её тонкие пальчики, целовал их по очереди…
– Не надо! – еле слышно прошептала Лерка. – Если ты из жалости, то лучше не надо!
– А если нет? – произносят мои губы… будто сами по себе произносят.
– Я тебе не верю!
А я всё целовал и целовал её холодные пальцы. Боже, какие у неё такие холодные пальцы! Почему у неё такие холодные пальцы?
Потом я стал целовать её колени.
– Лерка! – шептали мои губы. – Маленькая моя! Ты даже не представляешь, какая ты… Господи, какой же я был остолоп!
Лерка, задрожав всем телом, тоже опускается на колени и, крепко обхватив обеими руками мою голову, прижимает её к своей груди.
– Говори! Ещё говори!
И я говорил. Ещё и ещё. Я нёс всякую чепуху и сам в неё верил… а, может, и не чепуха это была вовсе, а то, единственное и необходимое, то, что так нужно было сейчас… и не Лерке нужно было, вернее, и Лерке тоже, но, в первую очередь мне, мне самому…
Потом я замолчал, потому что губы наши наконец-таки нашли, отыскали друг друга, и слова, всякие слова стали вдруг совершенно лишними и совершенно даже ненужными…
Мэг и Рут появились из пустоты почти одновременно и с трудом превеликим избежали взаимного столкновения. В первую очередь в этом была заслуга Рут.
– Салют! – сказала она, оглядываясь по сторонам. – Извини!
– Ничего! – Мэг весело улыбнулся и подмигнул девушке одним глазом. – А у тебя великолепная реакция! Не ожидал.
– Не ожидал чего?
Прищурившись, Рут подозрительно посмотрела на Мэга.
– Так ты, выходит, специально проделал всё это?