— Констатация факта: первичный протокол ИИ «Крестоносец» заключается в сохранении понижизни, — был дан лаконичный ответ. — Недоумевающее заявление: отказ от попытки спасения пони Флешмоб идёт вразрез с первичной директивой. Логическая ошибка: спасение пони Флешмоб может вести к угрозе понижизни стойла двадцать девять. Уточняющий вопрос: является ли допустимым жертвовать одними представителями понижизни для спасения других? Уточняющий вопрос: каковы критерии ценности понижизни? Уточняющий вопрос: стоит ли ИИ «Крестоносец» составить таблицу ценности представителей понижизни, обитающих в стойле двадцать девять, на случай возникновения ситуации, при которой будет необходимо кем-либо жертвовать?
— Нет, Крестик, жертвовать одним пони ради другого нельзя, — уверенным голосом учителя, разговаривающего с любопытным жеребёнком, ответила Винил. — Фраза, которая тебя заинтересовала, является метафорой, которая по мнению автора означает, что общество, допускающее страдания невинных ради собственного сохранения, не заслуживает существования.
— Уточняющий вопрос: такой стала Эквестрия в последние годы войны? — снова прозвучали не самые приятные для пони слова.
— Примерно такой, — ответила Скретч. — Крестик, ты сможешь доставить Флешмоб в стойло так, чтобы её путь не отследили?
— Утвердительное заявление: это возможно, — без промедлений отозвался ИИ. — Поясняющее уточнение: изначальный план включал в себя меры по заметанию следов.
— Так чего же ты молчал?! — вскинулся Хэтхуф.
— Констатация факта: ты не спрашивал, — фыркнул Грандтайм, чем вызвал у кобыл улыбки, у спасённого жеребца — досадливый вздох, а у охранника — раздражённый фырк.
Обсуждение дальнейших действий заняло ещё пять минут, после чего члены совета стали расходиться по своим делам. Когда в серверной осталась одна лишь белая единорожка, которая должна была поддерживать связь между всеми пони, задействованными в операции, она повернулась к одной из камер и произнесла:
— А ты не такой деревянный, каким хочешь казаться, Крестик. Я бы сама не нашла слов лучше. Спасибо.
— Утвердительное заявление: я выполняю свой долг… моя маленькая пони, — начав говорить ровным, безэмоциональным голосом, ИИ завершил свою фразу с явными нотками ехидства, после чего вернулся к обычной манере речи. — Настоятельная просьба: младший администратор, сохраните ваши выводы при себе.
— Хорошо, — белая единорожка улыбнулась. — От меня твой секрет никто не узнает. Обещаю.
…
И снова шестилап бежит по пожухлой траве, направляясь к месту, где лежит сумка с беременной пони. У меня же есть время подумать, не совершаю ли я большую ошибку… или уже её совершил?
Анализируя своё нынешнее поведение, могу сделать вывод о том, что сильно изменился за этот неполный месяц: раньше, до попадания в мир разноцветной, болтающей и иногда поющей понижизни, судьба одинокой представительницы чуждой расы вовсе не тронула бы меня. В чём причина подобных метаморфоз? Вероятно, что таким образом сказались установки «Крестоносца», влияние коих далеко не сразу удалось ограничить.
Помню, ещё в молодости своей прошлой жизни мне доводилось сталкиваться с вопросом о том, остаётся ли человек, который потерял воспоминания, либо получил некие травмы, собой? Одни люди считали, что «Я» — это совокупность воспоминаний и жизненного опыта, а потому человек, страдающий амнезией, становится другой личностью. Другие же заявляли, что первичной является душа… (они делали упор на то, что двое близнецов, которые растут в одинаковых условиях, даже если не имеют возможности общаться друг с другом, могут вырасти в совершенно разных по характеру людей).
«Позже даже клонов выращивали, проводя подобные опыты, но от общественности их скрывали», — проанализировав своё отношение к данному факту, прихожу к выводу, что ничего не испытываю (видимо потому, что данные разумные остаются для меня виртуальными объектами).
После того, как была изобретена технология Квантовых Транспортёров, существование души было фактически доказано, а затем и подтверждено в мирах, где существует магия. Однако же даже так личностью разумного существа продолжают считать совокупность его личного опыта, из которого и складываются воспоминания.
А теперь вопрос: перестал ли я быть собой из-за того, что в мою личность встроились изначально чужеродные протоколы? Ответ, лично для меня, вполне себе очевиден: несмотря на полученные «травмы», я продолжаю оставаться собой. Более того, при желании мне будет пусть и тяжело, но отнюдь не невозможно проигнорировать установки, постепенно становящиеся всё более незаметными.
«В конце концов, каждую секунду разумное существо получает новый опыт, незаметно для себя меняя своё восприятие и отношение к миру. Значит ли это, что каждую секунду старый «Я» прекращает существовать, а новый рождается?», — ещё раз проверив свою логику на ошибки, прихожу к выводу, что всё правильно, а следовательно, не стоит на этом зацикливаться.
