Спустя тридцать минут, Егор бежал грузно, тяжелой поступью и задыхался. Мельком проносились перед глазами: рынок, застава? 9, улица Хмельницкого — слева, контрольный пост милиции? 5, мост на проспект Жукова — справа, поворот на Кирпичный завод — налево… Сил шевелить ногами большее не было. Егор упал на колени; левая нога, в конце концов, и вовсе перестала его слушаться. Это падение привлекло к Егору сразу множественное внимание. Стеклов Вова, бежал рядом, но не подающего вида Егора, подхватить не успел. Остановившись, Стеклов, жестом руки, без слов, что-то показал водителю головного бронетранспортера, и склонился над Егором, положив ему на плечи ладони.
Бронетранспортеры саперов и разведчиков, тут же взревев моторами, выросли вокруг обоих защитным полукольцом.
— Что случилось?
— Не могу… больше! Нога не идет!
— Медика, зовем? — спросил Стеклов.
Володька Стеклов был кинологом, среднего роста, среднего телосложения, с двумя золотыми коронками во рту. Коротко стриженный, с редкой торчащей вперед челкой. Вообще, весь он был средний. Хороший разведчик, с неособо привлекающей внимание внешностью… если бы, не золотые коронки. Хороший друг.
Бежавшие по обе стороны солдаты двух групп, рассыпались в стороны и растворились, слипшись с окружающей местностью. Возникшая остановка привела к оживлению всю внезапно застывшую колонну тыла, в которой с разных мест, ссыпаясь как горох, валились наземь солдаты сторожевого охранения, выполняя чье-то распоряжение.
Егор взмок. Сердце бешено троило, от чего, в глазах появлялась неприятная муть, а на языке ощущался кисловатый, металлический привкус. Шея болела до невозможности. Прилипший к телу бронежилет практически не давал нормально дышать. Оставаясь на коленях, Егор, уперся руками в красноватую, подмороженную, жирную глину, встав на четвереньки; вспотевшая пластина бронежилета отлипла от груди.
Тяжело дыша, Егор смотрел в сторону колонны, из кабин которой, то и дело вываливались люди, превращаясь в безликие тени. Нога, онемение которой понемногу утихало, стала нервно и болезненно постреливать в месте ушиба, в такт биения сердца.
Подбежавший размытым силуэтом человек, оказался Юрой Крутием, едва тот открыл свой рот и произнес первые слова. Тело Егора задыхалось от температуры, становилось хуже.
