Песнь Сюзанны полностью

Ну, возможно, и помогла бы. Разумеется, для этого кому-то пришлось бы предложить ей достойную компенсацию, но…

Правда — это единственное, что мне от тебя нужно, холодно ответила Сюзанна.

Кто-то коснулся Миа, когда она стояла в дверях магазинчика, и она повернулась, одновременно поднимая руки. Будь это ее враг или враг малого, она выцарапала бы ему глаза.

— Исьвините, — улыбнулась еще одна черноволосая женщина. Как и мужчина, она протягивала ей один из продолговатых, вспыхивающих предметов. В центре находился круглый глаз, который смотрел на Миа. Она видела в нем отражение собственного лица — маленького, темного, недоумевающего. — Делать мое фото, посялуйста? Делать фото меня и моей подьюги?

Миа понятия не имела, что она говорит, чего хочет, для чего нужны эти вспыхивающие штуковины. Она только знала: здесь слишком много людей, они везде, это какой-то сумасшедший дом. Через окно магазина она видела — перед отелем тоже толпа. У тротуара стояли желтые автомобили, длинные черные автомобили с окнами, через которые ничего не видно (хотя люди, сидевшие внутри, несомненно, видели, что происходит снаружи), и огромное серебристое транспортное средство с работающим двигателем. Двое мужчин в зеленой униформе с серебряными свистками стояли на мостовой. Где-то неподалеку что-то загрохотало. Миа, никогда не слышавшей отбойного молотка, показалось, что заработал пулемет, но на улице никто не падал на тротуар, спасаясь от пуль, на лицах не отразилось ни малейшей тревоги.

И как же, скажите на милость, она в одиночку могла добраться до «Дикси-Пиг»? Ричард П. Сейр выразил уверенность, что Сюзанна ей поможет, но Сюзанна упрямо хранила молчание, а Миа чувствовала, что вот-вот потеряет контроль над собой.

И тут Сюзанна вновь подала голос.

Если я немного помогу тебе, отведу в спокойное место, где ты сможешь перевести дыхание и по крайней мере что-то сделать со своей рубашкой, ты дашь мне честные ответы?

Насчет чего?

Насчет ребенка, Миа. И насчет матери. То есть тебя.

Я на них уже ответила.

Я так не думаю. Я считаю, что ты такой же первородный демон… ну, как и я. Я хочу знать правду.

Зачем?

Я хочу знать правду, повторила Сюзанна и замолчала, отказываясь больше реагировать на вопросы Миа. И когда еще один улыбающийся невысокий мужчина подошел к ней с очередной вспыхивающей штуковиной, у Миа сдали нервы. Да, в одиночку она не могла пересечь даже вестибюль отеля. Что и говорить о том, чтобы добраться до «Дикси-Пиг»? После стольких лет в

(Федике)

(Дискордии)

(Замке-над-бездной)

ей просто хотелось зайтись криком, оказавшись посреди этого людского водоворота. И в конце концов, почему не поделиться с этой темнокожей женщиной той малостью, которую она знала? Все равно она, Миа, дочь не знающая отца, мать одного, командовала парадом. Кому могла помешать толика правды?

Хорошо, сказала она. Я сделаю все, о чем ты просишь, Сюзанна, или Одетта, или кто ты там есть. Только помоги мне. Уведи меня отсюда.

Сюзанна Дин выступила вперед.

Женский туалет примыкал к бару отеля, стоило лишь пройти мимо пианиста и повернуть за угол. Две желтокожие, черноволосые, узкоглазые женщины стояли у ряда раковин. Одна мыла руки, вторая поправляла волосы, обе щебетали на своем птичьем языке. Ни одна не обратила внимания на негритянку, что проследовала мимо них к кабинкам. А несколько мгновений спустя они оставили ее в благословенной тишине, нарушаемой только тихой музыкой, доносившейся из упрятанных за навесным потолком динамиков.

Миа видела, как работает защелка, и закрыла кабинку. Уже собралась сесть на сиденье унитаза, когда Сюзанна подала голос: Выверни ее наизнанку.

Что?

Рубашку, женщина. Выверни ее наизнанку, ради своего отца!

На мгновение Миа застыла как вкопанная. Никак не могла прийти в себя от потрясения, которое испытала в вестибюле.

Таким рубашкам, связанным из грубой пряжи и напоминающим пуловер, в холодную погоду отдавали предпочтение как мужчины, так и женщины Кальи. Одетта Холмс назвала бы ее водолазкой. Никаких пуговиц, поэтому, да, вывернуть ее и надеть снова не составляло труда, но…

По голосу Сюзанны чувствовалось, что она теряет терпение. Ты собираешься стоять столбом весь день? Выверни ее наизнанку! И на этот раз заправь в джинсы.

З… зачем?