Запах крови будил в его сознании волка, крадущегося и голодного.
— Филипп, ты там? — позвал Жируа.
Паника, достигнувшая апогея, подавляла волю. Слова разделялись и распадались в сознании Луиса. Инстинкт подсказывал ему, глаза видели то, что не видел Жируа. Темень окружала человека. Но не волка.
Девушка на берегу закричала, ее голос вернул его обратно.
— Оставь меня, Жируа. Я подарю тебе жизнь, если ты сейчас же уйдешь, — сказал Луис.
— Нас десять, а ты — один!
— Вас уже не так много, и, судя по всему, ты не видишь меня. Знай, я обладаю великой магической силой.
— Она не поможет, когда мы вытащим тебя из реки. Эндрю! Роберт! Пьер!
Ответа не последовало — только хрип человека, которого Луис душил.
Луис всматривался в темноту и туман. Где-то там был Жируа. Вода доходила Луису до бедер, и он поворачивался кругом, высматривая врагов.
Все должно закончиться здесь. Не нужно продолжать погоню. Внутри Луиса, словно кипящий источник, клокотала ярость. Девушка опять закричала. Если он сейчас убьет, то сможет ли потом остановиться? Сможет ли сломать кому-то шею, вырвать горло и не слизать драгоценную кровь с пальцев? Кровь ценнее золота, она преобразует. Даже запах ее питал его мускулы, открывая внутри него новые голодные пустоты.
— Я убью тебя, чужестранец! — закричал Жируа.
Луис набросился на него, потащил обратное воду и стал топить. Убивать, радоваться, охотиться. Без разницы. Что такое убить, если не охотиться, и для чего охотиться, если не съесть? Эти мысли не разделить. Охотиться — убить — съесть. Луис пытался утопить Жируа, но тот, сопротивляясь, впился ногтями ему в лицо. А когда Луис вонзил зубы в его руку и откусил Жируа палец, он дико закричал. Кровь хлынула в рот Луиса, теплым безумием просочилась в горло, возбуждая, поднимая настроение, наполняя ночь хрустом, сердцебиением, дыханием, дрожью конечностей, музыкой и барабанной дробью убийства.
Женщина крикнула в третий раз. Луис выплюнул палец. Он не будет служить Смерти, но заставит ее служить ему. Луис отбросил Жируа и направился к берегу.
— Я не вижу его! Я не вижу его! — кричал оставшийся в живых воин.
Выбравшись на берег, Луис сказал:
— Будешь преследовать меня — умрешь!
И он пошел искать девушку, выплевывая остатки крови.
— Что это такое, госпожа?
— Это руны. Они являются магией богов. Они создают богов.
— Тогда воспользуйтесь ими, чтобы мы очутились подальше отсюда. Отправьте нас туда, где тепло. У меня внутри есть одна руна. Она соединится с той, что вы показали мне на мосту Галата.
— У меня нет рун. Они исчезли.
— Леди, они все еще здесь. Вы что, не видите их? Вот одна, она дышит, как конь, а вот другая, похожая на горный ветер.
— Они исчезли.
Фрейдис посмотрела вниз с холма. У реки царила неразбериха. Сквозь мрак она не видела всего, но слышала крики мужчин, плеск; судя по звуку, на воду спустили лодку.
— Может, это отвлекающий маневр. Нам нужно уходить. Используйте свою магию, чтобы спрятать нас.
— У меня нет магии.
— Если бы у нас была лошадь. Они бы не заметили нас ночью, и мы бы сбежали.
При слове «лошадь» руна, отливающая бронзой, как спина гнедой кобылы, затопала копытами и зафыркала. В ответ на это из близлежащего уцелевшего дома донеслось ржание. Раздались голоса солдат, успокаивающих животных.
— Тут есть другие руны. В церкви, — сказала Фрейдис. — Другие руны находятся в церкви.
— Ты забрала мою магию из источника, а может, он сам отдал ее тебе, — промолвила Стилиана. — Нам нужно идти. Рунам нужно объединиться. Тогда ты, или любой, кто носит их в себе, станет почти богом. И цикл начнется снова.
— Какой цикл?
— Рождения и смерти. Я не хочу умирать, Фрейдис, я боюсь смерти.
— Вы не умрете.
— Мы должны найти ту девушку, Толу. Если она убьет Луиса, тогда мы погибли. Бог существует в противовес волку. Пока волк жив, бог нужен и может переродиться. Если волк умрет, руны исчезнут с земли. Ты умрешь. Я умру.
Фрейдис с удивлением глядела на светящиеся символы.
— Но без них мы умрем в любом случае?
— Да.
— Тогда что нам делать?
— Будет правильно, если ты, как моя служанка, умрешь за меня, — ответила Стилиана. — Но мы должны пойти рискованным путем. Когда бог умрет на земле, руны разлетятся. Так происходило раньше и произойдет теперь. И если я окажусь в нужном месте, я смогу получить мою магию обратно.
— Но бог уже мертв.
— Значит, он должен возродиться. В тебе и в том, в ком есть руны из той церкви. Вы должны оказаться вместе, и волк должен разорвать тебя.
— Ради вас я готова встретиться лицом к лицу с тысячей волков.
— Хорошо. Но сначала нам нужно убить девушку. Если мы сделаем это, го спасем волка.
— А потом?
— История пойдет по пути, который я пыталась предотвратить все эти годы.
— Но если бог принесет себя в жертву судьбе, разве не начнется новый цикл?
— Я призову свою магию. И тогда смогу строить планы.
— Эти символы пугают меня.
— Ты права. Символы — это ключ к знаниям и безумию. У бога Одина закипели мозги, когда он взял руны из источника.
