Процесс передачи энергии начался. Серые туманные бреши в ауре Нарро стали медленно заполняться слабым сине-зеленым свечением. Будто чужая энергия впитывалась в туман, окрашивая его. «Живая», желто-зеленая часть ауры Нарро тоже стала чуть ярче, но недостаточно. Энергия, как и всегда в случае Нарро, растекалась по телу плохо.
Сивиз склонился к нему, отогнув ворот рубашки, коснулся пальцами шеи, того места, где под горячей кожей бился пульс. Медленно повел руку вниз к ключицам, заставляя собственную энергию течь по чужому телу правильно. Хотелось бы сказать «безболезненно», но ладонь словно окунули в ледяную воду, исцарапали осколками стекла, и это было лишь слабым отголоском чужих ощущений.
Но Нарро никак не изменился в лице. Лежал расслабленно и спокойно, словно вообще ничего не чувствовал, только дыхание слегка участилось и радужка одного глаза окрасилась желто-зеленым, хотя другая так и осталась серой. Взгляд его не выпускал взгляда Сивиза, когда его рука замерла на груди над сердцем, заставляя энергию растечься по всему телу, затопив его холодом и болью.
– До сих пор не понимаю, как ты это выдерживаешь.
– За семь лет привык, – хмыкнул Нарро.
– Я думал, что чувствовать боль из-за магии ты начал раньше.
– Так ты об этом… – Он снова улыбнулся. – Я и не заметил.
Я собирался проводить Фрею до ее комнат, потом, может быть, еще немного посидеть у нее, но моим планам не суждено было сбыться.
Почти у самой двери нас перехватила Аин, сказав, что Фриг хочет нас видеть. Кажется, мы с Фреей синхронно подумали о том, что ей, возможно, стало лучше. И так же синхронно запретили себе пустые надежды. Потому что, если бы Фриг стало лучше, Аин бы лучилась счастьем. Но лицо Аин было заплаканным, а взгляд потухшим. Фрея понимающе улыбнулась ей, и Аин ответила такой же грустной улыбкой.
Ну вот, теперь вся наша команда полным составом нырнула в пучины депрессии. Мы вошли в нее, как рейдовый отряд в высокоуровневое подземелье. Что нас ждет в конце – богатый лут[10] или смерть, – теперь зависит только от нас.
В комнате Фриг нас уже ждал Анс. Впрочем, он сидел настолько неподвижно, что я сначала его даже не заметил. Анс был похож на тень себя прежнего, и, честно говоря, Фриг выглядела здоровее него.
Она улыбнулась нам своей идеальной улыбкой. Поправила волосы, немного растрепавшиеся, но все равно лежавшие красивыми волнами, и предложила нам сесть радушным и плавным жестом руки. То есть да, даже будучи наполовину обездвиженной, Фриг Флеймсток, Леди Сторградская оставалась полной хозяйкой положения. Потому, как ни странно, состояние Анса волновало меня больше.
– Эй, – я окликнул его, подходя ближе. Анс даже взор на меня перевел не сразу. – Выглядишь хуже, чем обычно выгляжу я после подобной дичи.
– После прошлой «дичи» ты лежал, едва подавая признаки жизни, – мрачно отозвался он. Конечно, Ансу обязательно было ткнуть меня в тот случай, когда на нас напали моркетские твари прямо на выезде из Рейнгарда.
– Вообще-то в тот раз ты очнулся позже меня.
– И кто приложил к этому руку?
Формально, это мой выплеск энергии едва не выжег ему ауру, но…
– А это к делу отношения не имеет.
– Вы что, выясняете, кто из вас более нежное существо? – присоединилась к разговору Аин.
– Конечно, я. – Я вскинул руки в пораженческом жесте. – Я самое нежное и ранимое существо в мире. Иначе зачем вас так много, чтобы меня беречь?
Мрачная атмосфера слегка развеялась. Хотя бы Анс теперь смотрел на нас, а не в стену, что радовало.
– Итак, – сказала Фриг, когда мы все расселись, – я думаю, нам стоит произвести обмен информацией. Я хочу иметь наиболее полное представление о произошедшем прошлой ночью.
Вот так с ходу она пресекала любую попытку расспросить о ее состоянии.
Отчет о произошедшем Фриг начала первой, рассказав о нападении на Сторград. Что конкретно произошло в городе, мы могли лишь гадать. Но барьер был цел, и это… наверно, радовало. Но какая-то сомнительная выходила радость, учитывая цену, которую заплатила Фриг. Потом мы с Фреей в нескольких словах описали состояние города. Аин добавила про фильтры и про то, что проблема будет решена в ближайшее время.
После очередь дошла до меня, и пришлось рассказать про столкновение с Ан Треас. В комнате сразу повисла мрачная гнетущая тишина.
– Это не может быть Ан Треас, – заявила Фриг с непоколебимой решительностью. – Она мертва, ведь…
– Значит, нам лишь казалось, что она мертва. Мы хотели в это верить. – Все синхронно обернулись к Ансу.
– Но мы же…
– Мы не видели ничего, что действительно бы доказывало ее смерть, – Анс снова перебил Фриг, что в принципе было неожиданно. К тому же в его тоне явно слышалось раздражение, почти злость. Но он и сам быстро это понял: – Прости. – Он прикрыл глаза и выглядел при этом совершенно измученным. – Думаю, это Третья. Не подражатель или последователь, не кто-то из культа, а настоящая Ан Треас.
– Я правильно понимаю, что вы сталкивались с ней лично? – спросил я. Фриг кивнула. – И я, вероятно, должен знать эту захватывающую историю?
