Да, целый год я взвешивал,Но не понять мне моего искусстваУже в садах – осенняя прохладаИ дети новые друзей – вокруг меня.Испытывал я тщетно книгиВ пергаментах суровых, и новыеСо свежей типографской краской.В одних – наитие, в других же – сочетанье,Расположение – поэзией зовется.ИногдаБольница для ума лишенных снится мне,Чаще сад и беззаботное чириканье.Равно невыносимы сныНо забываюсь я, по-прежнемуИ отодвинув нерешенное сомненье,Безмысленно хватаюсь за бумагу –И в хаосе заметное сгущенье,И быстрое движенье элементов,И образы под яростным лучом –На миг И все опять исчезлоХотел бы быть ученым, постепенноОн мысль свою доводит до конца.А нам одно блестящее мгновенье,И упражненья месяцы и годы,Как в освещенном плещущей лунойМонастыре.Пастушья сумка, заячья капустка,Окно с решеткой, за решеткой светВо тьме повис И снова я пытаюсьВосстановить утраченную цепь,Звено в звено медлительно вдеваю.И кажется, что знал я всеВ растраченные юношества годы.Умолк на холмах колокольный звон,Покойников хоронят ранним утром,Без отпеваний горестных и трудных,Как будто их субстанции хранятсяИз рода в род в телах живыхВ своей библиотеке позлащеннойСлежу за хороводами народовИ между строк прочитываю книги,Халдейскою наукой увлеченИ тот же ворон черный на столеПредвестник и водитель Аполлона,Но из домов трудолюбивый шумРассеивает сумрак и тревогуИ новый быт слагается,Совсем другие песниПоются в сумерках в одноэтажных городах.Встают с зарей и с верой в первородствоГотовятся спокойно управлятьДо наступленья золотого века.И принужденье постепенно ниспадает,И в пеленах проснулося дитя,Кричит оно старушку забавляя,И пляшет старая с толпою молодой.
Декабрь 1924
<p>К музе<a l:href="#c118"><sup>*</sup></a></p>Любовь боролась с смертию духовнойИ в стороне я молчаливо ждалКогда опять сияющее жизньюСвое лицо ты обратишь ко мне.Шел третий год борьбы членораздельнойТвой лик бледнел и покачнулся яМой грозный враг гремел десницей вернойНо с ним в борьбу вступила снова тыИ в этот час закрыв лицо руками,Беспомощный я в домы отбежалИ вижу из окон полузакрытыхЧто гонишь ты, что побеждаешь тыНе хлещет дождь зарей полураскрытыхРазвалин. Благоухание доносится.И сад цветет в убежищеПолуразбитом бурей
