Три дня поисков – и дневники Баота у него. Потрёпанные, в потёртом кожаном переплёте и пахнущие древностью, пахнущие теми временами, когда на свете не было ещё даже прабабушки Кейне. Изучая их, он с самого утра сидит в этой покрытой пылью и паутиной комнате, при свете факела перебирая пожелтевшие жёсткие страницы. История счастья, обретённого через страдания, и безумных агонических мучений после того, как это счастье исчезло…
Девушку из записей звали Хиджар. Так уж повелось, что по имени всегда можно было сказать, из каких земель человек родом, и Кейне сразу понял, что возлюбленная Баота была из Хайтендарта, с юга. Когда некромант впервые увидел её, она уже была замужем. Тогда это всё происходило довольно рано, поэтому на момент встречи ей было шестнадцать. Самому же некроманту двадцать четыре. Он давно закончил обучение, раскрыл свой дар до уровня эктоса, и просто путешествовал по королевствам, ведь тогда границы ещё не были закрыты.
Первый дневник почти полностью состоял из одних лишь описаний дорог, полей, лесов и гор, магических существ, встреченных по дороге и поручений, которые Баот исполнял за отдельную плату. Тогда к некромантам относились не то чтобы терпимо, но немного более приемлемо, чем сейчас, и поэтому всё же находились те, кто готов был связаться с сыном Смерти ради исполнения какого-то желания или избавления от тяжёлой болезни.
Хиджар пришла к нему сама, тихим вечером, дрожа от страха и кутаясь в тяжелый цветастый платок, расшитый монетами. Она была маленькой и беззащитной, но в её глазах, по словам Баота, легко можно было найти решимость.
Проблема симпатичной смелой южанки была банально-женской, такой, на которую даже не стоит обращать внимания. Баот мог бы отказаться, или мог бы исправить всё немедленно и потребовать огромную оплату (судя по одежде Хиджар, она могла себе это позволить), но что-то внутри него тогда шевельнулось, что-то такое, чему в душе не было ранее места, и некромант, усмехнувшись, поставил условие:
- Я могу тебя вылечить. Ты сможешь иметь детей, но для этого ты должна быть моей помощницей в течение полугода. Будешь выполнять все мои поручения, делать то, что я прикажу тебе. И сразу хочу сказать: мы не будем долго оставаться на одном месте, ведь я странник, и тебе придётся как-то это объяснить своему мужу… я дам тебе на обдумывание сутки. Если завтра в это же время ты не придёшь, считай, что нашего разговора не было.
И Хиджар пришла. С небольшим узелком вещей, совершенно без украшений, в неожиданно простом рабочем платье, и с готовностью отправилась в ночь вслед за некромантом, не боясь ни его, ни будущих трудностей.
Я спрашивал её: «Неужели ты так хочешь детей? И почему ты решила, что в их отсутствии виновата ты, а не муж?». Она ответила, что у мужа уже есть дети от наложницы, и что если она не забеременеет, то ровно через год её с позором вернут родителям. На меня это тогда не особо произвело впечатление. Люди глупы и многого не понимают. Но я решил, что если она выдержит жизнь рядом со мной, то я и правда сдержу своё слово, ведь, к моему глубочайшему стыду, изначально я не собирался этого делать.
Хиджар была на удивления терпимой и стойкой. Баот не слишком подробно описывал те задания, которые давал ей, но сам Кейне, будучи некромантом, прекрасно понимал, что скрывается за всеми сухими строчками, и что, пожалуй, лишь один человек из многих тысяч согласится на подобное. Сбор лунной травы, мытьё ритуальных чаш, помощь в проведении обрядов… женщина выполняла всё, что от неё требовалось, и при этом её и без того на удивление сильный характер становился лишь твёрже. Она не ломалась, не впадала в отчаяние, не превращалась в безмолвную марионетку. Она была добра к Баоту настолько, насколько могла бы быть добра к любому человеку, и она, как ни странно, не ненавидела его, что бы ни случалось. Этим она была так похожа на Люце, что Кейне всё сложнее и сложнее было читать продолжение дневников, потому что они вытаскивали наружу все его сомнения, переживания и боль. Но он вновь и вновь перелистывал страницы, внимательно всматриваясь в слова, боясь пропустить хоть что-нибудь, что могло бы ему помочь.
