Г р е й в у д. Легко сказать! После того как три свидетеля рассказали на мировом процессе обо всем, что вы творили в Освенциме, мы в трудном положении, Вунд. Вы понимаете это?
В у н д. Но ведь вы знали обо всем и раньше. Я ничего не отрицал.
Г р е й в у д. Да, это верно. Но теперь, когда ваше имя фигурирует во всех газетах мира, когда русские и поляки требуют вашей выдачи, мы… Что с вами? Вы едва держитесь на ногах. Садитесь.
Ну, что вы скажете?
В у н д. Я… Я умоляю!.. Спасите меня!
М а к к е н з и. Сотни тысяч людей, которых вы убили, тоже умоляли вас, Вунд, но это не помогло им, Железный Генрих. Так?
В у н д. Я исполнял приказ.
Г р е й в у д. А когда вы и ваша жена истязали женщин и детей, перед тем как отправить их в газовую камеру, вы тоже исполняли приказ? Почему вы так побледнели, Вунд?
Что вы мычите?
М а к к е н з и. Поднимите его, Грейвуд. Вы видите, какой он слабонервный?
Дайте ему виски.
Ну как?
В у н д
Г р е й в у д. Вы в состоянии внимательно слушать?
В у н д. Д-да… Яволь!..
Г р е й в у д. Сидите. И слушайте. Несмотря ни на что, мы все-таки хотим вас спасти. Мы перебросим вас отсюда с надежными документами. Ваша фамилия будет Вирт. Иоганн Вирт. Выпейте еще глоток. Вот так. Кого вы боитесь больше всего?
В у н д. Русских.
Г р е й в у д. А поляков?
В у н д. Тоже.
Г р е й в у д. Франция?
В у н д. Невозможно! Я служил в Париже в гестапо.
Г р е й в у д. Норвегия?
В у н д. Но там… Когда партизаны взорвали завод тяжелой воды…
Г р е й в у д. Ах да, я забыл! Он расстрелял там несколько тысяч заложников, генерал…
М а к к е н з и. Слушайте, Вунд, кажется, на этом шарике уже нет места, где бы вы могли спокойно жить? Разве что Испания? Хорошенькая получается география.
Г р е й в у д. Простите, генерал, есть такое место. И это не Испания.
М а к к е н з и. Неужели?
Г р е й в у д. Россия, как это ни странно. Вунд, вы знаете, что такое явка с повинной?
Отвечайте же!
В у н д. Я считаю, что на это способен только сумасшедший.
Г р е й в у д. Но если человек, которому стократ обеспечена виселица, сам приходит в советскую контрразведку с повинной в таком преступлении, за которое ему грозит максимум три года лагеря, он тоже сумасшедший, этот человек? Или он мудрец?
В у н д. А если…
Г р е й в у д. Никаких «если»!.. Вы, Иоганн Вирт, были завербованы мною. Я взял вас на испуг, воспользовавшись тем, что вы были рядовым, подчеркиваю, рядовым нацистом. Вы умирали от голода. Я велел вам пробраться в советскую зону и собирать сведения о дислокации их воинских частей. Затем я дал вам пакет для передачи одному советскому полковнику, моему агенту. Но вы не захотели рисковать и потому пришли с повинной.
В у н д. Но я же провалю вас… И этого полковника.
Г р е й в у д. Меня они знают и так. А полковник не оправдал наших надежд, черт с ним! Зато вы явитесь не с пустыми руками.
В у н д. Я хотел бы подумать…
Г р е й в у д. Когда утопающему бросают спасательный круг, он должен не думать, а хвататься за этот круг обеими руками.
В у н д. Яволь!
Г р е й в у д. Фрау Ирма, ваш муж уезжает с моим поручением. И хочет с вами проститься.
И р м а. О майн либлинг!
Г р е й в у д. Мы угостили его джином, он слегка перехватил.
И р м а. О Генрих, это неразумно с твоей стороны! Твои почки! Береги себя в дороге. Я буду тебя ждать, дорогой.
В у н д. Береги и ты себя.
М а к к е н з и. Слушайте, вы, освенцимские голубки, довольно!
Г р е й в у д. Да, идемте, Вунд. Я выдам вам документы.
М а к к е н з и. Я не думал, что вы такая нежная супруга, Ирма.
И р м а
М а к к е н з и. Почему непременно с генералом?
И р м а. Женщины тщеславны, экселенц…
М а к к е н з и
И р м а. Нет. Скорее, вы обидели себя, генерал.
М а к к е н з и. Браво, Ирма!
