В кабинет ворвалась Нэнси и со всей дури хлопнула дверью, едва не разбив нос приведшему её орлу. Она подошла к Никите и вызывающе поцеловала его в губы, затем взяла стул и с воинственным видом опустилась на него прямо перед начальником.
– Какое яркое появление! – засмеялся Денис Викторович. – Мы вас давно ждём.
– Здравствуйте, товарищ мент! Я смотрю, милиция в конец охренела, вместо того, чтобы ловить настоящих преступников, вы издеваетесь над невинными гражданами…
– Это вот он невинный гражданин?! – перебил её милиционер. – Хера себе невинный гражданин! Да его взяли с полными карманами кислоты! Невинный гражданин! Да это Эскобар, собственной персоной!
– Вы всё подкинули! Где доказательства?! – настаивала на своём Нэнси.
– Девочка, давай обойдёмся без этого цирка. Мне дорого моё время…
– Ты принесла деньги? – вмешался в их диалог Никита.
– Где я возьму столько бабла?!
– Я же просил тебя! Поспрашивай у друзей, знакомых. По любому у кого-нибудь есть, я бы потом всё отдал.
– Да какие деньги? Мы докажем, что ты не виноват!
– Ни хера мы не докажем! – сорвался на крик Никита. – Блядь, меня посадят! А тебе посрать! На хера я тебе позвонил, надо было кого-нибудь из парней просить.
– Ник, не надо. Всё будет хорошо, – она обняла его.
– Да пошла ты! – Никита оттолкнул её руки.
– Не хочу прерывать ваш семейный скандал, но я так понял, что денег нет, – заговорил Денис Викторович. – Ну что ж, тогда будем оформлять.
– Не надо оформлять. Я найду деньги. Я позвоню людям, у которых они точно есть, – затараторил Никита.
– У меня больше нет времени с тобой возиться.
– Серёжки, возьмите её серёжки, – Никита показал на объёмные золотые серьги в ушах у Нэнси, – они дорогие. Плюс заберите «марки», их тоже можно продать.
– Ты предлагаешь мне, сотруднику российских правоохранительных органов, бегать торговать серёжками и наркотой, будто я последний барыга? Это даже обидно…
– Ну что тогда? Я не хочу садиться.
– Никто не хочет.
– Назовите цену!
– Да что ты можешь мне дать? – спросил милиционер. А затем добавил: – Но вот твоя подруга может.
– В смысле? – одновременно спросили Никита и Нэнси.
– Ну что вы как маленькие. В прямом смысле. Нравится мне такой типаж – неформалки. Есть в этом что-то такое…
– Я тебе не шлюха, ментяра! – возмутилась Нэнси.
– Вот, вот! Это меня и заводит, – улыбался начальник.
– Да я лучше сдохну, чем с тобой…
– Короче, моё условие такое – я закрываю глаза на всю эту неприятную ситуацию, а взамен сия милая барышня даст мне то, чего я хочу. Прямо сейчас. Ну а если нет, то нет. Вам решать.
– Никогда этого не будет, свинья! – крикнула Нэнси. – А ты чего молчишь? – обратилась она к Никите.
– Там серьёзный срок, – еле слышно проговорил Никита.
– Что? Ты хочешь, чтобы я…
– Нет, конечно, не хочу. Но…
– Что – но?
– Иначе меня посадят.
Нэнси молча смотрела на Никиту, который опустил глаза в пол.
– Уходи отсюда, – едва выговорила она.
– Боюсь, он нескоро уйдёт отсюда… – вмешался милиционер.
– Я согласна, но только если он уйдёт прямо сейчас.
– Ну, это меняет дело. Что же, Никита, было очень приятно познакомиться. Может, ещё свидимся. А сейчас я вас больше не задерживаю.
Никита несколько секунд сидел, как вкопанный, не решаясь встать.
– Вали! – приказала Нэнси.
– Спасибо, – произнёс он и быстрым шагом вышел из кабинета.
9
Город продолжал жить своей жизнью. Стада автомобилей заполонили центральные улицы, то там, то здесь раздавались нетерпеливые гудки клаксонов. На тротуарах ситуация была не лучше, те кому пока не удалось стать счастливым обладателем кредитной машины активно работали локтями, расчищая дорогу к ненавистному офису или опостылевшему дому.
Никита, хромая, блуждал по проспектам и переулкам, не замечая ни противные автомобильные сигналы, ни увесистые удары офисных локтей. Время не ощущалось, как будто никогда не существовало никаких секунд, минут, часов или даже веков и тысячелетий. Он просто шёл, ни о чём не думая, не чувствуя ни злобы, ни обиды.
Устав идти с пробитой ногой, он сел на трамвай, где-то в районе метро «Спортивная», в котором долго трясся, пока «длинный красный лимузин» не привёз его в глубину Васильевского острова.
– Молодой человек, конечная! – противным голосом прокричала пожилая кондукторша.
Никита послушно вышел из трамвая и оказался в окружении нелепых панельных многоэтажек. Он зашёл в один из дворов, там не было ни души, сильный контраст по сравнению с переполненным центром города. Голова снова раскалывалась. Эти головные боли становились всё чаще и сильнее. Никита присел на скамейку возле одной из парадных, инстинктивно засунув замёрзшие руки в карманы. Одним из пальцев он нащупал маленький бумажный клочок.
Видимо, во время погони закладка растряслась, и одна из «марок», просочившись сквозь все препятствия, затерялась среди карманной пыли. Никита равнодушно посмотрел на нежданную находку и с тем же каменным лицом положил «марку» на язык. Подержав её во рту пару минут, он выплюнул бумажку, тогда как спасительная кислота отправилась внутрь вместе со слюной.
