Этот план Андрей выносил за то время, что был прикован к постели. В таком состоянии ему все равно нечем больше было заняться, и оставалось только думать. Вот он и думал. Думал о том, что идея спуска в затопленные тоннели не самая удачная. Едва ли выход наружу расположен там. Думал о пещере, показанной ему Колей, но этот вариант нравился ему еще меньше. А вот путь наверх….
Андрей прекрасно понимал, что там опасно. Вероятно, намного опаснее, чем здесь, на нижних этажах. Именно там обитало загадочное и зловещее Племя, промышляющее охотой на людей. Но если раньше Андрей даже думать боялся о том, чтобы попытаться проскочить через их охотничьи угодья, то теперь все изменилось. У него появилось хорошее оружие, способное отбить аппетит любому людоеду. А еще у него появилась Оля.
Правда, Андрей до сих пор не знал, что собирается делать девушка. Он не обсуждал с ней планов на будущее. Они вообще почти не общались. Со своих продолжительных вылазок Оля возвращалась уставшей, и почти сразу же валилась спать. Плюс к тому, за время, проведенное в лабиринте, она успела сильно одичать и растеряла навыки нормального общения. Это было неудивительно. Все общение с местным контингентом выливалось в кровопролитные стычки не на жизнь, а на смерть.
О том, что такие стычки имели место быть, Андрей догадался по шрамам на теле девушки. То есть, всего тела целиком ему никто не показывал, но на левом Олином предплечье красовался длинный алый шрам, оставленный каким-то острым предметом, самодельным ножом или лопатой. Еще один небольшой шрам был на правом виске, и тоже напоминал след от ножа. Оле неоднократно приходилось драться, и она выжила. Такой союзник пригодился бы ему на его пути к свободе. Андрей понимал, что рано или поздно ему придется коснуться этой темы, однако не торопился с разговором о своих планах на будущее. Но так вышло, что Оля завела его первой.
– Что ты собираешься делать? – спросила она как-то в ходе очередной перевязки.
Вопрос этот прозвучал неожиданно. Несмотря на то, что они прожили бок обок уже довольно долгий срок, все их общение сводилось исключительно к обмену прикладной информацией. Андрей несколько раз пытался завести разговор о чем-нибудь, кроме своей раны, еды и воды, но девушка недвусмысленно дала понять, что не питает тяги к задушевным беседам. О своем прошлом Оля тоже разговаривать не желала, и Андрея о нем не расспрашивала.
– Делать? – вначале не понял ее Андрей. – Ну, доем паштет, и лягу спать.
– Я не о том, – пояснила Оля. – Что ты собираешься делать вообще? Какие у тебя планы?
– А, ты об этом. Ну, я пока точно не решил….
– Ты все еще хочешь выбраться отсюда?
Андрей не знал, радоваться или тревожиться этой внезапной Олиной разговорчивости, но решил сказать ей правду.
– Чего я точно делать не собираюсь делать, так это обживаться здесь, – ответил он. – Я не верю, что отсюда нет выхода. И я продолжу его искать.
– Куда ты хочешь пойти?
– Наверх. Внизу я уже был. Там затопленные тоннели и почти нет света. Если выход существует, то он только наверху.
– А если его нет и наверху? – спросила Оля.
Секунду поколебавшись, Андрей рассказал девушке о пещере, показанной ему Коля. Как оказалось, информация не стала для нее новостью.
– Я знаю, о чем ты говоришь, – кивнула Оля. – Знаю, где это место. И знаю, что были люди, которые уходили той дорогой. Она не ведет наружу.
– Откуда такая уверенность?
– Уверенности нет, но подумай сам: если бы кто-то выбрался отсюда, неужели он не приложил бы все силы, чтобы люди узнали об этом месте, и о том, что здесь происходит? Ты о чем-нибудь подобном слышал? Вот и я нет. А этот объект существует уже многие годы.
– Ну, это все пустые предположения, – покачал головой Андрей. – Например, если бы я выбрался на свободу, то не стал бы бегать повсюду и кричать на каждом углу о своих злоключениях. Я бы, напротив, затаился, забился бы в какую-нибудь глухомань, и сидел бы там тише воды. Потому что те, кто это организовал, люди явно серьезные, и они сделают все, лишь бы об их проекте не стало известно широкой общественности. Но это, конечно, тоже предположения. Лучше скажи, откуда ты знаешь о той пещере? Кто уходил туда прежде?
– Сейчас вернусь, – сказал Оля и вышла.
Обратно она явилась вскоре и не с пустыми руками. Оля принесла с собой какие-то грязные и мятые бумаги, скрученные рулоном и увязанные бичевой. Вначале Андрей решил, что это те самые чертежи, что он уже видел у Оли прежде. Но оказалось, что листы покрыты текстом.
Чем безвестный автор заменил чернила, гадать не пришлось – Андрей сразу узнал засохшую кровь. Кто-то считал эту информацию настолько важной, что не пожалел на нее собственной крови. Или не собственной. В лабиринте кровь лилась рекой и не являлась дефицитным товаром.
– Эти записи я случайно нашла в тайнике, – сообщила Оля, протягивая Андрею ворох мятых бумаг.
