— А должно? — Спрыгнув с кровати, девчонка подняла с пола рубашку, встряхнула, накинула на себя, застегнув пару пуговиц. Обойдя софу, стала перед ней, опершись спиной на перила балкончика. — Хана, я знаю, что у нас не будет ни семьи, ни детей… но оно может даже и к лучшему, не будем вдовцов с сиротами плодить. Так что, хрен с ним, с крепким мужским, не очень-то и хотелось. Но я не машина. Не приставка к Боевой форме. Я тоже хочу романтики и отношений. Чёрт с ней, с любовью, всё равно я в неё никогда не верила, но я хочу засыпать, ткнувшись носом в тёплое живое плечо, а не кусать подушку ночами. Хочу, чтобы меня на вот этой вот софе раскладывали до звона в ушах, а не совать себе пониже пупка кусок пластика на батарейках. Хочу… — глубоко вдохнув, девчонка прикрыла на секунду глаза. Серые, холодные, как это самое утро. — Хана, я жить хочу, понимаешь? Здесь, сейчас. Хотя бы сейчас. И не я одна. Оглянись, половина старших девчонок «дружат», даже не скрываясь. В душевых очередь каждый вечер. На дальний онсэн записываться за месяц надо. Там камеру на дорожке не чинят уже, знают, что минуты не проработает. Приличия, морали… — она зло скривилась. — У нас, в Школе, приличия — это делать вид, что спишь, пока соседка по комнате мастурбирует.
Выдохнувшись, девчонка умолкла, кусая губы.
Хиэй так же молчала, глядя куда-то в сторону. В самоудовлетворении она ничего постыдного не видела (если не на публику, конечно). Вон, даже врачи рекомендуют во время полового созревания. Это разумно, в конце концов, — по-быстрому сбросить перед сном напряжение и не мучиться от глупых фантазий. Но и привычки лгать себе не имела. Так хорошо, как этой ночью, ей не было никогда. Никакой душ или «кусок пластика» не могли сравниться с удовольствием прижимать к себе горячее гибкое тело, сцеловывать с чужих губ срывающийся шёпот… а через мгновение уже самой бессвязно стонать, раз за разом взлетая на вершину блаженства.
Так стоит ли от всего этого отказываться? От этой ночи, безалаберной и смешной девчонки… Забыть всё это, вычеркнуть из памяти, вернуться к размеренной жизни: учёба, общественная нагрузка, одинокие вечера, холодная постель и… самостоятельные ласки перед сном. Оно того стоит? Тем более, учёба с нагрузкой никуда не денутся в любом случае.
Хиэй чуть поморщилась, вспомнив, что сегодня воскресение, а значит, дел будет море.
Девчонка расценила выражение её лица по-своему, сухо кивнув:
— Понятно.
— Что тебе понятно? — перевела на неё взгляд Хиэй.
— Что этой ночью ничего не было. И быть не могло. Что же, это твоё право. Не буду лгать, что мне… — она на мгновение запнулась, мотнула головой, — что мне всё равно. Мне больно и обидно. Но закатывать тебе истерику не собираюсь, мы не в театре, чтобы мелодрамы разыгрывать. И надоедать тебе больше не буду. Если хочешь привести себя в порядок — душевая там, чистое полотенце сейчас принесу.
Оттолкнувшись от перил, она механической походкой направилась к лестнице. Тонкая, стройная, с гордо вздёрнутым носиком, совершенно сухими глазами и чуть подрагивающими губами.
— Стой, — поймала её за руку Хиэй.
Девчонка молча попыталась вырваться. Безрезультатно, разумеется. Всё же разница между тяжёлым крейсером и линейным весьма существенна, силой Хиэй могла потягаться с некоторыми линкорами.
Наконец, поняв, что высвободиться не удастся, девчонка замерла, старательно глядя поверх её головы.
— Пусти.
— Ты неправильно поняла.
— Всё я поняла. Не надо меня утешать и жалеть!
Мысленно закатив глаза — ну что за упрямая килька! — Хиэй ловким движением опрокинула её на софу (всё же три года айкидо в старшей школе не прошли даром). Опустилась сверху, прижимая своим телом, перехватила в запястье дёрнувшуюся руку (а то едва в глаз не получила), вторую… Девчонка, наконец, прекратила трепыхаться и теперь просто лежала, отвернув голову и гордо стиснув зубы.
Невольно улыбнувшись — всё это настолько напоминало сцену из аниме — Хиэй наклонилась, коснувшись её щеки своей…
— Даже не думала.
Осторожно поцеловала за ухом…
— Просто я тоже хочу жить.
Мазнула губами по шее, по плечу, опускаясь всё ниже…
— А не грызть подушку ночами.
Выйдя из столовой, Ленка с удовольствием потянулась, размышляя, чем бы прямо сейчас заняться? Воскресение, целый день свободный! Здорово же! Можно в бассейне поплавать, или на спортплощадку сходить, или самотопин по бухте погонять, или… Ух, сколько всего можно! Но в бассейн неохота, котлетки на завтраке были чудо, как хороши, а потому они с Миной налопались до перегруза. Так и потонуть недолго. Спортплощадка тоже подождёт. Да и самотопины, увы, никуда не денутся.
— Мин, есть идеи? — покосилась она на подругу.
— Хм… — Минск задрала голову, прищурив один глаз, взглянула на солнце. — Стрельбище? Кира сейчас там.
Ленка прикинула расстояние — стрельбище находилось аж на другом конце Школы — поморщилась:
