Мои глаза уже закрылись. Мои мысли рассыпались, и я почему-то знала, что они не вернутся. «Я не вернусь. Не целиком. Не такой, какой была».
– Я люблю тебя, Джимми, – прошептала я.
Наклонилась и мягко поцеловала его на прощание.
Стук в дверь около пяти утра. Я открыл и увидел толпу людей: охранника отеля, двух медсестер, доктора Чен и Риту Сото.
Чен немедленно пошла к Тее, которая все еще спала. Рита обняла меня, и я ответил, радуясь ее появлению больше, чем считал возможным.
– Я не ожидал тебя увидеть, – признался я.
– Я не ожидала, что у меня по-прежнему останется работа, – откликнулась она.
– Делия здесь?
– Она ждет в Роаноке.
– Мисс Хьюз? – позвала доктор Чен. – Здравствуй. Извини, что разбудила, но…
– Где Джимми? – пробормотала Тея, садясь.
Я бросился к ней, Рита последовала за мной и взяла ее за руку.
– Я здесь, детка.
Пустой взгляд Теи метнулся между Ритой и доктором Чен. Затем свет зажегся в ее глазах.
– Рита, что ты здесь делаешь?
– Привет, милая. – Рита обняла ее через кровать.
– Что происходит? Почему все здесь, в Нью-Йорке? – Она посмотрела на меня. – Мы же все еще в Нью-Йорке?
«Черт, это уже слишком сложно».
– Да, в Нью-Йорке, – ответил я.
Доктор Чен вытащила фонарик из своего кармана.
– Тея, я могу посмотреть в твои глаза?
– Почему все здесь? – спросила Тея с нарастающей паникой. – Что происходит?
– Пора возвращаться, дорогая, – сказала Рита. – Мы позаботимся о тебе
– Нет, пожалуйста! – закричала Тея. Ее взгляд метнулся ко мне. – Я передумала. Я не могу этого сделать. Я не хочу возвращаться. Пожалуйста… – Она схватила меня за рубашку. – Пожалуйста, не заставляй меня возвращаться.
Слезы навернулись мне на глаза, когда я обнял ее.
– Это неправильно, – сказал я доктору Чен. – Вы не можете сделать для нее что-нибудь?
– Больше нечего делать, – ответила она, ее голос был низким и тяжелым. – Не прямо сейчас. Она должна вернуться.
«Она должна вернуться. В Вирджинию и в эту крошечную тюрьму».
Тея дрожала в моих руках, ее пальцы сжимали и разжимали мою рубашку.
– Оставайся со мной, Джимми, – умоляла она. – Пожалуйста…
– Я не оставлю тебя, – пообещал я. – Клянусь. Ни на секунду.
– Если так станет легче, я могу ввести успокоительное, – сказала доктор Чен, кивнув Рите.
– Нет! – закричала Тея, отпустив мою рубашку. – Я не вернусь накачанная лекарствами. Мне нужно любое оставшееся время. – Теперь ее тон стал сильным и вызывающим. – Можем мы подождать немного, пожалуйста?
Она дождалась, пока все не отступят, а затем прижалась ко мне лбом, позволяя своим волосам упасть завесой.
– Я так чертовски боюсь, Джимми.
– Я знаю и ненавижу это, – прошептал я. – Я бы отдал все, чтобы помочь тебе.
– Запомни все для меня. – Слезы потекли по ее щекам и по моим пальцам, а затем она притянула меня к себе, ее голос дрожал. – Помни нас… когда я не смогу.
Рано утром машина скорой помощи стояла перед отелем, когда рассвет начал замирать за горизонтом. Сжав мою руку, Тея подошла к машине, остановившись лишь однажды, когда случился провал в памяти. У нее было еще три, пока мы выписались из отеля и спустились вниз.
Доктор Чен и Рита маячили поблизости, но Тея не позволила им осмотреть ее.
– Все кончено, – тупо сказала она, прижимаясь ко мне в машине. – Будь рядом, когда я уйду.
Рита покачала головой, ее глаза встретились с моими.
– Мне очень жаль, – прошептала она.
Я кивнул, крепко прижал к себе Тею и запел. Машина отъехала от отеля. Я пел Тее или напевал ей всю поездку, поскольку ее пробелы становились все шире и глубже. К счастью – и все же пугающе – она проспала большую часть пути.
– Она много спит, – сказал я доктору Чен. – Так и надо?
– Это лекарство покидает ее организм. Внешние раздражители истощают и делают наступление амнезии более агрессивным.
– Будет ли еще один п-п-препарат? – спросил я, пытаясь не расклеиться. – М-М-Милтон собирается попробовать еще раз?
Выражение лица доктора Чен не изменилось, наполнив меня страхом.
– В Сиднее сейчас все довольно хаотично. Неясно, что с доктором Милтоном или финансированием его проекта. Однако его процедура все еще является прорывом в медицинской науке, и все неврологическое сообщество объединено вокруг такого потенциала. Очевидно, что лекарство – связующий агент – требует больше работы. Я думаю, что шансы на выход нового препарата очень хорошие. Я просто не могу сказать, когда он появится.
Месяцы. Годы. Никогда.
Я сжал Тею крепче.
Мы прибыли в Мемориальный госпиталь Роанока около трех часов дня. Тея была вялой, когда я понес ее внутрь, отказавшись от каталки. Доктор Чен и ее сотрудники направили меня в комнату, где я положил Тею на кровать.
Ее веки затрепетали.
– Джимми?
Я убрал волосы с ее лица.
– Тсс. Отдохни, детка.
Она снова уснула.
– Что теперь будет? – спросил я доктора Чен.
– Теперь ты уйдешь.
Делия стояла у двери, выражение ее лица было нежным, пока она смотрела на сестру, но едва она поворачивалась ко мне, оно становилось холодным. За ней маячил мужчина – худой, с крупным носом. Он казался мягким и кротким. И на его фоне Делия выглядела еще жестче. Роджер Найс, как я догадался.
