— Ну почему? — зевнул Ирвен. — Если он чувствовал себя достаточно могущественным, то почему бы и нет? Притворяясь мною, он бы лишь провоцировал тебя на поиск несоответствий. Ты бы наверняка попыталась снова поговорить об этом с другими. Вместо этого он наверняка задумал как-то договориться с тобой. Возможно, решил, что ты меня не любишь и обрадуешься другому мужу в моём обличии. В последний день все мои мысли вертелись вокруг того, что ты действительно не хочешь этого брака и ненавидишь меня… и что мне придётся долго завоёвывать твою любовь и доверие, если мы выживем. Я всегда с непониманием и даже презрением относился к мужчинам, которые не принимали отказов и продолжали настаивать и выбивать из женщин взаимность. Но когда сам оказался в таком положении, просто не смог отступиться и решил, что мне удастся завоевать тебя рано или поздно.
— Будем считать, что всё так и вышло, только не рано и не поздно, а вовремя, — зевнула я, устраиваясь в объятиях Ирвена поудобнее, осоловевшая от сытости, измотанная тревогами и сморённая негой от первой близости. — Ты не представляешь, как я счастлива, что ты не отступился.
— Представляю и даже чувствую, — прошептал он мне на ухо и нежно поцеловал в шею. — А теперь спи. И не вздумай больше отдавать мне силы, дальше я справлюсь сам.
Кажется, он сказал что-то ещё, но я уже засыпала, тая в горячих объятиях мужа.
Даже в глубоком сне явственно ощущалось его присутствие и тепло печати. Сложно описать словами спокойствие и умиротворение, которые я испытывала. Но их разорвал нервный стук в дверь наших покоев:
— Ноблард Блайнер! Ноблард Блайнер! У нас в гостиной дознаватели Имперской Службы Правопорядка, и они требуют, чтобы вы немедленно к ним вышли.
Я приоткрыла глаза и сморщилась, ослеплённая бьющими в щели между гардинами лучами закатного солнца.
— Что? — отозвался Ирвен хриплым ото сна голосом.
— Дознаватели. Они говорят, что против вас действует третий протокол.
— Третий протокол? — потёрла я глаза. — Что это значит?
Ирвен подскочил с постели и начал одеваться.
— Арест, — коротко ответил он.
В вестибюле нас уже ожидали разъярённый до последнего предела Кеммер и трое незнакомцев, у одного из которых на виске не было родового узора, и я спросонья не сразу сообразила, что он просто не маг. Полуденник. Гвендолина сталкивалась с ними довольно редко и старалась их избегать. Они терпеть не могли магов, и последние отвечали взаимностью.
Полуденники жили с верой, что ночью, под покровом темноты, в мире царит зло, поэтому практически никогда не выходили из своих домов от заката до рассвета. Полуночников они считали скверной, опасались и презирали, но терпели как вынужденную меру для защиты от драконов и порождений их тёмной магии.
Именно поэтому смешанная компания дознавателей показалась странной.
— Ирвен Гвеллайн Блайнер, вы арестованы за нападение на члена Синклита, — зычно проговорил полуденник.
— О чём он? — встревоженно спросила я, переводя глаза с одного мужчины на другого. — Что происходит?
Кеммер сделал шаг вперёд, впился злым взглядом в лицо брата и прорычал:
— Ирв, ты совсем идиот? Только умственно отсталый мог выкинуть такой фортель!
— Мне было всё равно, — насмешливо отозвался Ирвен.
— Пожалуйте ваши запястья, — пробасил полуденник, делая шаг к мужу.
В руках дознавателя были кандалы. Я уставилась на них в ужасе, всё ещё не понимая, что происходит. На какого члена Синклита мог напасть Ирвен? И когда?
— Ким, свяжись с правозащитником, пожалуйста. Я откажусь давать показания без моего адвоката, — муж повернулся ко мне и успокаивающе проговорил: — Не паникуй, Гвен.
Не паниковать⁈ Да я едва не лопалась от страха, непонимания и возмущения!
— В чём его обвиняют? — повернулась я к одному из магов.
Он неторопливо изучил взглядом мой наспех надетый, рваный свадебный наряд и висок с отметиной о недееспособности, а потом лениво ответил:
— Всю информацию вы сможете получить у правозащитника.
Ирвена там временем заковали в кандалы. У выхода стояла ошарашенная, бледная Нони, а Кеммер практически дымился от гнева. На меня он посмотрел с такой яростью, что почти обжёг взглядом холодных глаз. Его ненависть была осязаемой, но я не отступила и не стушевалась под её гнётом.
— Кеммер, что случилось?
Он рявкнул:
— Позже!
Пока Ирвена выводили из дома, меня трясло от шока. Мужа усадили в большой чёрный экипаж с крошечными окошками, забранными решётками, и тот тронулся, увозя Ирвена прочь. Кеммер не сказал мне ни слова. Зло печатая шаг, направился к воротам, ведущим в цокольный этаж дома, и несколько минут спустя выехал на подъездную дорожку за рулём другого экипажа — современного двухместного магомобиля. Его колёса бешено крутились, из-под них фонтаном брызгали мелкие камушки.
Когда мобиль умчался прочь, я повернулась к Нони и спросила:
— Вы знаете, что случилось?
— Не больше вашего… — пролепетала она.
— Пожалуйста, подайте экипаж с водителем, я поеду следом.
— Да, нобларина Блайнер, — кивнула она.
