– Вообще-то, Мозги – страховой агент, – сказала журналистка.
«Страховые агенты, – подумал я с некоторым разочарованием, – вероятно, те люди, которые меньше всего хотят, чтобы произошло убийство. Если покойный не был застрахован, это равносильно потере потенциального клиента. Если же, наоборот, покойный уже оформил страховку, придется выплачивать значительную сумму. Как ни крути, для страхового убийство – неприбыльное дело.»
– Не спеши с выводами, Ся Я. Возможно, у него был умысел посложнее… – Фан Чэн, казалось, видел меня насквозь. – В общем, не только у Чэнь Хунцзяна, но и у других тоже мог быть мотив для совершения преступления, даже домохозяйки и ученицы средней школы не исключение.
Я ничего не успел сказать, как вдруг выражение лица Янь Сяохуэй резко изменилось.
– Вы… откуда вы знаете?
Фан Чэн медленно закрыл папку и принял удивленный взгляд журналистки.
– А вы откуда? – парировал он. – Эти двое же никогда не ходили на встречи.
Два человека, которые никогда не встречались с другими оффлайн…
– Адский Обруч и дядя Шу? – Я ничего не понимал.
– Для моего материала я хотела как можно больше разузнать о каждом… – Янь Сяохуэй сдерживала эмоции, но все еще казалась обеспокоенной. – Юйвэнь помог мне с IP-адресами – я знаю, что это не очень хорошо, – и мне несложно было выяснить все по журналистским каналам.
– Фантастика! – воскликнул Фан Чэн. Было непонятно, в искреннем он восхищении или нет.
– Но я не понимаю, как вы…
– По их именам.
– Именам?
– Если быть точнее, по их прозвищам в игре. Вашего персонажа зовут Золушкой, – естественно, потому, что ваше имя уже содержит схожие по звучанию слоги[101]. Мое беспочвенное предположение заключается в том, что во времена студенчества какой-то глупый однокурсник дал вам прозвище Зола[102] или что-то в этом роде. А вы доработали его и объединили со сказкой о хрустальной туфельке.
Похоже, он попал в точку – журналистка покраснела.
– Ситуация с Юйвэнь Чжуном похожа на вашу. Хотя он просто перевернул свое настоящее имя, это больше похоже на совпадение. Я хочу сказать, что прозвища игровых персонажей часто отражают личную информацию игрока. Конечно, сама информация может отличаться от человека к человеку – вы и Юйвэнь Чжун преобразовали настоящие имена. Прозвище Мастер часов Чэнь Хунцзяня соответствует его интересу коллекционера.
– А что насчет Мозгов? – спросила Али, немного сомневаясь в логике Фан Чэна.
– Тут то же самое. Мозги – это тщательно обдуманное прозвище. Его цель понятна: чтобы у товарищей по команде появлялись сообщения «Мозги появились в игре» или «Мозги покинули игру». Мы можем предположить, что владелец персонажа, вероятно, любит пошутить. Поэтому здесь отражен характер игрока.
– Даже если так, материала для предположений не очень много. – Янь Сяохуэй покачала головой. – Как можно угадать занятия игрока, основываясь исключительно на его кличке в игре?
– Что ж, давайте попробуем вместе, – спокойно сказал Фан Чэн. – Итак, Адский Обруч. Больше всего внимание привлекает появление такого весьма нетипичного слова «обруч», его ведь нечасто встретишь. Насколько нам известно, ассоциация со словом «
– Она увидела обруч?
– Похоже, что так. Но зачем было добавлять «Адский» перед ним? Наверное, можно предположить, что вид обруча напомнил ей о какой-то жуткой ситуации. А жуткая ситуация, связанная с обручем…
– Похудение! – сказали хором Али и Янь Сяохуэй.
– Уф-ф, это в самом деле ужасное занятие. Неудивительно, что она использовала это слово. Поскольку речь идет о похудении, эффективней было бы пойти тренироваться в спортзал или бассейн или же бегать на свежем воздухе. Но она не стала этого делать – почему? В игре она с легкостью разбрасывалась слитками, чтобы наряжать своего персонажа, так что, вероятно, причина не в деньгах. А бегать на улице можно вообще бесплатно. Скорее всего, причина в отсутствии свободного времени – нет возможности выходить из дома на два-три часа. Домохозяйки используют любую свободную минутку между домашними хлопотами, чтобы заняться собой. Поэтому я предположил, что она домохозяйка.
Журналистка без возражений приняла объяснение Фан Чэна.
– А что насчет Крысиного дяди Шу? – спросила она.
