Заброшенный отель стал пристанищем местных наркоманов, число которых росло благодаря доступности бирманского героина, просачивавшегося через границу в районах Хат Яй и Сонгкхла. Созревающие подростки, в былые времена здесь колесившие на великах, надеясь хоть мельком увидеть полуодетую девицу, теперь избегали сие злокачественное место, усыпанное шприцами и битым стеклом. Улица, что вела к отелю, некогда одна из самых оживленных в городе, тоже постепенно пришла в упадок, железные шторы на немногочисленных сохранившихся магазинах почти всегда были спущены. Все заведения перебрались на другой край города, ближе к рыночной площади, по вечерам овеваемой живительным морским бризом и озаренной неоновыми огнями, где разместились современные универмаги и торговавшие снедью прилавки. Контраст разительный. Кто же захочет наведаться в прибрежный район, где неистребимое болотное зловоние, засилье москитов, а дороги размыты паводками? К центру города теперь вели иные магистрали, а здесь улицы заросли сорняками, просветы меж домами заполонили деревца.
С коммерческой, да и бытовой точки зрения обветшалый отель в умирающем городском районе не представлял никакого интереса. Всякий здравомыслящий предприниматель отшатнулся бы от него, всякое руководство по бизнесу остерегло бы с ним связываться. Но вот тогда-то мой отец и приобрел отель «Токио».
В тот день душа Фиби полнилась хорошими предчувствиями. Облик ее соответствовал правилам моды, подсмотренным у шанхайских женщин, – громадные солнечные очки, огромная дамская сумка. Новое отношение к жизни, которое она в себе развивала, наделяло чудесной самоуверенностью.
Фиби уже поняла, что произвела впечатление на мужчину, с которым только что увиделась. Взгляд его обшаривал ее формы в облегающем платье, он даже не пытался скрыть, что хочет ее.
Вот и славно, думала Фиби.
Холодало, и дневной свет был уже не столь ярок, однако все равно необходимо выглядеть гламурно, словно на светском рауте, поскольку именно так подавали себя стильные дамы, то есть идеал, к которому она стремилась, встречая его на улицах Синьтяньди, рекламных щитах и в журналах. И вот нынче, договорившись выпить кофе с мужчиной, с которым познакомилась в интернете, Фиби чувствовала, что наконец-то достигла нужного уровня изысканности. Теперь ее жизнь определенно изменится к лучшему.
Пару недель она обдумывала новый подход к поиску мужчины, то бишь ключа к успеху в Шанхае. На изучение различных способов достижения этой цели ушло немало времени и денег. Поначалу Фиби проводила вечера в барах, где, как известно, завязываются знакомства. В одном заведении в Хунцяо, излюбленном, по слухам, у иностранцев, она увидела местных женщин, одетых в провокационно открытые обтягивающие платья, что шло вразрез с пресловутой благонравной скромностью китаянок в одежде. До сей поры Фиби думала, что миловидная девушка привлекательна очаровательным целомудрием, но теперь поняла свою ошибку. Это устаревшее мнение надлежало изменить в корне. Черное атласное платье с длинным рукавом и кружевной вставкой на груди, приберегаемое специально для выходов в свет, теперь казалось ей унылым и чрезмерно скромным. Раньше она находила его обольстительным, а сейчас платье заставляло себя чувствовать замужней мусульманкой, закутанной от чужих взглядов.
Фиби наблюдала за девушкой у барной стойки, флиртовавшей с компанией американцев. Парни смеялись, трогали ее за руки, касались обнаженного плеча. Пиво «Будвайзер» они пили прямо из бутылок, которыми громко чокались, отпуская шутки. В отраженном свете неоновых ламп под стеклянной столешницей лица девушки и мужчин были нереально ярки, как в старом кино. Девушка была в туфлях на невероятно высоких каблуках, отчего ноги ее с рельефными икрами казались длинными и мускулистыми, как у африканской воительницы. Она раздала парням свои визитки, их заметно впечатлившие. Вскоре девушка и один из парней, взявшись под ручку, точно давние влюбленные, покинули бар.
Когда компания возле стойки рассосалась, Фиби заметила на полу упавшую визитку. На ней значились имя и род занятий: «Постельные принадлежности». Адреса не было, только название мессенджера для обмена сообщениями и номер мобильного телефона. Возможно, девушка проститутка, подумала Фиби, из тех, кого называют
В «Журнале тайного “Я”» Фиби записала принятые решения:
