Пятна на солнце полностью

— Это мой старый знакомый. Приглашал навестить его на неделе, — ответил Покровский. — Между прочим, у него очень красивая жена. Она настоящая нимфоманка.

Поручик помог ему донести вещи до пролетки, и они направились в Генеральный штаб.

На следующий день Покровский получил приказ отбыть в распоряжение армии Брусилова. Путь до штаба действующей армии занял около недели. Проезжая мимо сгоревших деревень, разбитых станций, он невольно обращал внимание на толпы беспризорных детей. На одной из станций, когда Григорий вышел из вагона, чтобы перекурить, мальчишка-беспризорник, мастерски работая «пиской», ловко вырезал у него из кармана шинели портсигар. Это было сделано так искусно, что он даже не почувствовал. Только после того как он забрался обратно в вагон, ему об этом сказал проводник. Портсигара было не жалко, расстройство Григория вызвала порезанная шинель, представиться в ней генералу Брусилову было недостойно для офицера Генерального штаба.

Прибыв к месту дислокации штаба армии, он обратился к своему знакомому, и тот, словно волшебник, выполнил его просьбу. Он привел его к старому закройщику-еврею, который вынес из-за занавески абсолютно новую шинель, которая как влитая легла на его плечи.

— Откуда она у вас? — поинтересовался он у закройщика.

— Был заказчик, но два дня назад погиб. Вот и осталась после него эта невостребованная шинель. Я рад, что она вам подошла.

Покровский расплатился с ним и направился в штаб Брусилова. Он внимательно слушал доклад начальника штаба о разработанной операции прорыва линии фронта и наступлении. Он не мог не отметить четкие и своевременные поправки, которые вносил непосредственно в план наступательной операции генерал Брусилов.

— Что скажет представитель Генерального штаба? — обратился к нему генерал. — Замечания есть?

— Никак нет, господин генерал. Я, в принципе, прибыл по другому не менее важному вопросу, — начал Покровский. — Генеральный штаб озабочен активностью немецкой разведки в полосе наступления русских войск. Изучив доклад представителей вашего штаба, хочу доложить вам, что необходимо провести целый ряд мероприятий, прежде чем армия начнет свое наступление.

Генерал перевел взгляд с Покровского на начальника штаба.

— Представитель Генерального штаба прав. В настоящее время мы разрабатываем комплекс мероприятий по очистке нашего тыла от немецко-австрийской агентуры. Я согласен с замечаниями господина Покровского, что наступать сейчас — преждевременно, — произнес начальник штаба.

Генерал Брусилов встал из-за стола и подошел к карте.

— Господин штабс-капитан, подойдите сюда, — предложил он ему. — Какие районы наиболее нашпигованы немецкой агентурой?

— Считаю, что вот эти районы, — произнес Покровский и, взяв в руки указку, обозначил их на карте. — Вы знаете, господин генерал, направляясь к вам в армию, я столкнулся с одной проблемой, которую, думаю, стоит использовать в наших целях.

Генерал с интересом посмотрел на штабс-капитана.

— Я говорю о сотнях беспризорников, которые толкаются на вокзалах и рынках. Я предлагаю вашим сотрудникам контрразведки привлечь их к выявлению вражеской агентуры. Именно они могут сделать то, что никогда не сделает взрослый человек. Они могут вести наблюдение на станциях и полустанках, в районах расположения воинских частей и так далее. Затраты на их содержание минимальные, а результат, думаю, будет большой.

В кабинете стало тихо. Все офицеры, присутствующие на этом совещании, устремили взгляды на генерала Брусилова.

— Неплохо, штабс-капитан, неплохо. Я предлагаю нашим контрразведчикам взять предложение господина Покровского на вооружение. Дети вездесущи и замечают то, что не видит глаз взрослого.

Вечером, во время ужина генерал Брусилов подарил Григорию статуэтку Будды.

— Будьте таким же мудрым, как этот азиатский бог. Я уже позвонил вашему руководству и передал ему от своего имени благодарность за умные и своевременные советы представителя Генерального штаба.

Именно эта статуэтка и стояла на тумбочке в его квартире.

Бекметов доехал до нужной станции и вышел из вагона метро. Он дважды проверился на наличие за ним наблюдения и, лишь убедившись в ее отсутствии, неторопливо направился к техническому помещению. Он привычным движением снял навесной замок и, закрыв за собой дверь, начал быстро переодеваться. Через пятнадцать минут он предстал перед сотрудником НКВД в совершенно другом обличии: он был одет в черную форму железнодорожного обходчика, державшего в руках небольшой деревянный чемоданчик с инструментом.

«И куда он собрался в этой форме? — подумал Сорокин. — Неужели хочет спуститься в туннель?»

Майор прошел мимо Александра. Его походка была настолько уверенной, что трудно было не поверить, что он работает в метро. Заметив, что Бекметов скрылся в штольне, капитан быстро направился в комнату милиции, которая находилась неподалеку.

— Храпов! Срочно перекройте все выходы из туннеля, — приказал ему Сорокин. — Пришли мне людей, я собираюсь последовать за Бекметовым.

— Все понял, товарищ капитан. Сейчас направлю людей вам на помощь.