Пятна на солнце полностью

Накануне прорыва, Ставка направила за командующим армии самолет, но Власов отказался покидать гибнущую в окружении армию. Этот поступок воодушевил многих офицеров штаба, заставив их поверить в возможность с боем выйти из окружения. Однако, глядя на боевого командарма, любимца Сталина, Александр не верил своим глазам. Власов менялся в лице: от прежней решимости и уверенности не осталось и следа. Неожиданно для всех с генералом Власовым случился психологический шок: он потерял ориентировку во времени и пространстве, перестал правильно реагировать на происходящие вокруг него события. В связи с этим командование группой принял на себя начальник штаба армии.

Отряд двинулся на север и перешел небольшую речку Кересть. При выходе на берег он был внезапно атакован группой немецких автоматчиков. Отбив атаку, они углубились в лес. У всех, в том числе и у Сорокина, создалось впечатление, что отряд окружен, и с каждой минутой кольцо вокруг них сжималось все плотнее и плотнее.

— Такой большой группой нам не выйти к своим, — произнес начальник штаба и посмотрел на Власова, ожидая от него решения. — А вы как считаете, Андрей Андреевич?

— Я тоже так думаю, — ответил Власов, — необходимо разбиться на более мелкие группы и попытаться просочиться через их порядки. Плотной обороны здесь нет, и это дает людям хоть какой-то шанс.

По приказу начальника штаба люди стали разбиваться на группы по десять-пятнадцать человек. Группа командарма Власова оказалась самой малочисленной.

— Товарищ генерал? Разрешите сопровождать вашу группу, — обратился к командарму Сорокин. — Вы же совсем без охраны.

— Спасибо, капитан. Со мной идут самые проверенные люди, которых я знаю давно и которым верю. Со мной пойдут Котов и медсестра Воронова.

Сорокин сел под дерево и стал внимательно смотреть на бойцов, стараясь понять, по какому принципу они выбирают, с какой группой им двигаться.

— Капитан! А ты что, еще не определился? — спросил его Власов.

— Пока нет, товарищ генерал, — тихо ответил он. — Не исключено, что я могу пойти и один. Я уже сутками мотался по этим лесам, так что опыт у меня есть.

— Может, ты и прав, капитан. Кто знает, что сейчас лучше: идти в группе или пробираться в одиночку, — ответил генерал.

— Товарищ капитан! — обратились к нему несколько бойцов из взвода охраны штаба армии, — можно мы пойдем с вами?

Сорокин посмотрел на них и молча кивнул. Через полчаса лес поглотил идущие в разных направлениях группы советских бойцов.

— Уходим в глубь леса, — приказал Сорокин бойцам, — там немцев меньше, значит, и шансов проскочить больше.

Они двигались небольшой группой, выставив впереди себя боевой дозор. Подобная тактика передвижения давала им шанс не нарваться на немецкие засады, которых оказалось достаточно много в этом лесу. Передвигаться приходилось по ночам. Несмотря на то, что стояли белые ночи, немцы все же предпочитали по ночам спать. Впереди идущий боец поднял руку, и группа моментально застыла на месте, прислушиваясь к шуму ночного леса.

— Товарищ капитан! — шепотом обратился к нему боец. — Впереди немцы!

— Много?

— Не знаю, — ответил боец. — Сейчас проверим сколько их.

Они лежали в кустах и ждали, возвращения разведчиков. Судя по времени, те должны были уже вернуться, а их по-прежнему не было.

— Гамов! — тихо окликнул Сорокин бойца, который находился ближе всех к нему. — Поднимай людей, нужно уходить.

— А как же ребята? — спросил тот.

— Раз они не вернулись, значит, не смогли этого сделать. Думаю, что их схватили немцы.

— Капитан! Разрешите мне остаться и дождаться их? Подожду еще минут двадцать и, если они не подойдут, сразу же отправлюсь за вами.

— Хорошо, Гамов. Мы пойдем на север. Будем ждать тебя в течение часа. Понял? Думаю, что ты не потеряешься в этом лесу?

— Так точно, товарищ капитан, я найду вас по следам. Я из Сибири и хорошо ориентируюсь в лесу.

Александр поднялся с земли и, закинув за плечо автомат, направился по едва заметной тропинке в лес. Вслед за ним двинулись четверо бойцов. Он шел и ругал себя за то, что оставил Гамова одного, поддавшись его уговорам.

«А вдруг немцы начнут прочесывать лес? Одному от них не уйти, — размышлял он, шагая за идущим впереди него солдатом. — Может, вернуться обратно?»

Где-то сзади началась интенсивная стрельба, затем раздались два взрыва, и стало тихо. Как показалось Сорокину, стреляли там, откуда они только что ушли.

«Интересно, что там случилось? Неужели немцы наткнулись на Гамова?» — подумал он.

Они прошли еще километра два, прежде чем их догнал Гамов.

— Кое-как ушел, товарищ капитан, — выпалил он. — Вы оказались правы, наши разведчики попали в плен к немцам.

— С чего это ты взял? — спросил его Сорокин.

Он ухмыльнулся.

— Я видел Сутугина. Это он, гад привел немцев на стоянку, где остался я. Предатель! А я его считал надежным товарищем.

Сорокин не ответил. Он махнул рукой, и группа последовала дальше.