Один и все валькирии!!! И Аматерасу, где бы вы ни были. Нормальная домашняя еда! Конечно, я приду. Милагрос бесподобно готовит.
Я пошла домой оформлять итоговый вариант отчета, когда вспомнила об одном важном, — для меня! — деле. Я обещала Марии, заведующей гидропонной фермой, посидеть с ее малышом этим вечером.
Со всеми событиями я совершенно забыла об этом. Меня ждал очередной незабываемый вечер в роли няни неугомонного пятилетнего карапуза.
— Хельга, а куда мы идем? — спросил Джеки, крепко ухватившись за мою руку, которая совсем недавно резала мертвую плоть.
Есть в этом что-то философское. Одни умирают, а другие рождаются и растут. Цикличный и бесконечный процесс, как сама Вселенная. Только вот некоторые умирают не по своей воле.
— … Хельга! Хельга! Ну, куда?
Я наконец среагировала на вопрос. На смуглой мордочке ребенка был написан неподдельный интерес. Сегодня я решила не сидеть дома в компании с игровой приставкой, а отправиться в настоящее путешествие.
— Мы идем запускать пузыри! — торжественно объявила я.
— Пузыри?
Ребенок был в растерянности. Конечно, на станции дети не знали многих развлечений и игр, которыми увлекались их сверстники на планетах. В сумке у меня был раствор моющего вещества и небольшая круглая рама на палке, выполненная из обрезков проволоки, которую я загодя выпросила в ремонтных мастерских.
Я надеялась, что ребенка это развлечет и достаточно утомит, чтобы он лег спать пораньше, а я бы без помех закончила отчет.
— Давай проверим, как ты оделся. Где твоя шапка?
— У меня ее нет. Но у комбинезона есть капюшон, — сказал ребенок и продемонстрировал, как он надевает и снимает его. Я нагнулась к нему и поправила капюшон.
— Молодец! Ты готов.
— Мне жарко, — пожаловался мальчик. Он и правда был одет слишком тепло для жилой секции.
— Там, куда мы идем, довольно холодно. Так что ты потом обрадуешься, что так хорошо одет.
Мальчик посмотрел на что-то поверх моего плеча и спросил:
— А кто это? Он тоже пойдет с нами?
Я выпрямилась и встретилась взглядом с Эши Этти. Он шел нам навстречу, двигаясь в жилую зону станции. Но вот откуда он шел и почему разгуливал в одиночестве?
— Добрый вечер, господин секретарь, — сказала я.
— Добрый вечер.
Я впервые услышала его голос. Намного ниже, чем у посла, и звучал так, будто он вообще редко разговаривал. Или не часто пробовал говорить на человеческом языке.
Он был в костюме схожей расцветки, как и утром, но более напоминающем спортивный костюм, и обувь была более простой с виду, без вышивки. При виде меня и ребенка он напружинился, то ли готовый обороняться, то ли нападать. Даже мышцы челюсти и на скулах напряглись, когда он крепко сжал зубы.
— Все в порядке? Вам помочь? Возможно, показать, где ваш лофт? — спросила я, по возможности незаметно подтолкнув Джеки себе за спину.
Ребенок ухватился за мою штанину, выглядывал из-за меня и, похоже, совсем не испугался незнакомца.
— Все в порядке. Помощи не требуется. Спасибо за сотрудничество, — ответил наконец Эши Этти, и эти фразы звучали, как заученные с разговорника.
— В таком случае — до свидания, — сказала я и, ухватив Джеки за руку, потащила его за собой.
Когда я прошла мимо эррг, то он слегка подался вперед, втягивая воздух. Четко вырезанные ноздри слегка шевельнулись, как будто он принюхивался. Бр-р…
Я поспешила уйти подальше, и ребенок едва поспевал за мной.
— Хельга, я не могу так быстро! — пожаловался он.
— Извини. Хочешь, я тебя понесу?
— Давай! Ура!
Я нагнулась, и он забрался мне на закорки. Подхватив его ноги под коленями поудобнее, я закинула сумку себе на плечо и гораздо быстрее пошла вперед.
Итак, сегодня для полного счастья мне не хватало только побывать в роли вьючной лошади… "На что нанималась, Хельга" — откликнулся внутренний голос.
"Хорхе, открывай ангар", — отправила я сообщение по коммуникатору.
Мы с малышом стояли возле металлических ворот, которые отделяли коридор от ангара, где располагались малые шаттлы.
Индикаторная панель пискнула, как будто кто-то невидимый набрал код, зашипел воздух и толстая металлическая плита пошла вверх, открывая огромное почти пустое пространство ангара. Лишь три незадействованных от патрулирования шаттла стояли вдалеке.
— О… Хельга, какая большая комната! — воскликнул Джеки.
— Это ангар. Пошли…
Мы вошли внутрь, и дверь за нами так же почти бесшумно закрылась. В ангаре было по-настоящему холодно в связи с экономией энергии на станции. Незадействованные помещения согревались по остаточному принципу. В момент, когда шаттлы покидали ангар, часть атмосферы откачивалась, а остатки улетучивались при разгерметизации.
Я решила, что это подходящее место для запуска мыльных пузырей, по двум причинам. Помещение ангара было достаточно просторным, а температура позволяла продемонстрировать интересный опыт с поверхностным натяжением и кристаллизацией на поверхности пузыря.
— Хельга, а где пузыри? — спросил малыш, оглядываясь вокруг.
