Милена с облегчением выдохнула и расслабилась. Открыв коробку, женщина достала одну вещь. Воспоминания, связанные с ней остро отозвались в душе Левона. Это была засаленная самодельная рогатка, которую он хранил в своем тайнике. Левон медленно подошел к Нане и завороженно взглянул в лицо сестры. В ее глазах появилась такая нежность и в то же время тоска, что у него сам по себе вырвался нервный смешок.
– Мы с вашим отцом нашли заброшенную церковь, когда были маленькие. Левон придумал сделать в ней тайники, чтобы никто не нашел наши сокровища. Помню, как доставали кирпичи из стены, за которой были углубления. Именно там мы их и прятали. Эта рогатка была его самой главной драгоценностью. Левон сам ее сделал, – у нее появилась теплая улыбка на лице. – Когда персиковое дерево, которое росло рядом со стенами церкви, разрослось, его ветви проникли в окна. В одной из комнат этой церкви ветка разрослась аж до самого потолка. Весной на ней появлялись маленькие листья, которые шевелились и шелестели из-за проникающего через окна ветра. Лучи солнца пробивались сквозь эту ветку сотнями маленьких зайчиков. Левон любил проводить время в этой комнате из-за этих солнечных пятен, которые заполняли все помещение. Они бегали по стенам и полу, от чего комната казалась не с этой планеты. Но я любила это место не только поэтому. Больше от того, что там мой старший брат, – на этом слове ее голос дрогнул, – сбивал этой рогаткой персики у самого потолка. Я ловила их, а затем мы сидели на каменных скамейках и ели сладкие плоды, наблюдая, как солнечные зайчики бегают по всему пространству комнаты.
Нана отдала в руки Милены рогатку. Та с серьезным выражением лица взяла ее и стала ощупывать как какой-то артефакт. Тут же подскочила с пола Лилия и подбежала к сестре. Она облокотилась о колено сестры и тоже на ее манер стала серьезно разглядывать находку.
– А вот мое самое ценное сокровище, – Нана достала из коробки маленькую металлическую заколку. Левон при этом сел рядом с ней. Ему захотелось обнять сестру. – Эту заколку Левон где-то нашел и сразу же подарил мне. Блестящая вещица так нравилась, что я даже хотела выйти замуж, нацепив ее на свои волосы в день свадьбы, – сказала она и горько засмеялась.
Заколка была уже совсем облупившаяся. Теперь она только отчасти напоминала божью коровку. Девочки с любопытством разглядывали невзрачные вещи, которые были так дороги Нане. Левон же протянул руку, чтобы хоть на секунду прикоснуться к ним, для того, чтобы вернуться в детство. Он дотронулся кончиками пальцев рогатки, ощутив гладкость дерева, а затем они прошли сквозь нее. Левон убрал руку. Он не отрывал взгляда от вещи, находящейся в руках Милены.
– Ты хотела узнать об отце, но дело в том, что я могу рассказать тебе только о своем брате, – после некоторого молчания продолжила Нана. – Знаешь, он был самым заботливым братом из всех, которые могут существовать. И я уверена, что и отцом он был точно таким же.
Все умолкли. Судя по рассказу женщины, она очень любила своего брата. Эмиль удивился тому, что мама никогда не рассказывала ему про дядю. А в это время Милена пыталась представить его себе. Стараясь увидеть ту картину счастливой семьи, в которой существовала и она, и ее мама, и ее биологический отец, девочка закрыла глаза и увидела, как она совсем маленькая играет дома с отцом, как приходит мама с кухни и зовет их ужинать, как он подходит к маме, обнимает и целует ее. Почему-то это выглядело совершенно естественно, в отличие от той семьи, которая была у них с Давидом. Тот никогда не проявлял особой любви к ним. Он был холодным и отстраненным человеком. Часто ей даже казалось, что мама несчастлива с ним. А их с Лилией он и вовсе не любил. Они были не его дочерями, поэтому мужчина и не пытался сдружиться с ними. Своих детей у него не получалось завести, поэтому мужчина стал каким-то чужим для Дианы.
– Спасибо, – произнесла Милена, отдавая рогатку Нане. – А почему же вы перестали общаться? Неужели вам никогда не было интересно, где он? – Милена поняла, что этот вопрос как раз таки и был неприемлемым только после того, как задала его.
Лицо женщины приняло страдальческое выражение. Она пыталась подавить это в себе, но у нее не особо получалось.
– Конечно, было. Я ни одного дня не забывала про него. Но я знала, что ваш отец меня не примет, поэтому и не пыталась найти его.
– Почему? – с любопытством спросила Лилия. Милена дернула сестру за руку и выразительно посмотрела на нее, давая понять, чтобы та замолчала.
– Я сама виновата, – сказала она, ласково улыбнувшись девочке. – Я была глупой и эгоистичной.
Нана бережно сложила вещи в коробку и отложила в сторону. Тут Лилия взглянула в окно и ойкнула.
– Темно, – сказала она сестре.
Милена быстро глянула в ту же сторону и встала с дивана.
– Вот это мы засиделись. Идем собираться домой, – сказала она сестре.
Лилия послушно пошла в коридор вслед за Миленой.
– Спасибо большое, – еще раз поблагодарила она Нану, – нам было очень приятно с вами провести время.
