Эмиль даже и не надеялся на то, чтобы изгнать Марата. Это была слишком резкая перемена точки зрения Геры. В прошлый раз главарь дал ему ясно понять, что Марат будет в шайке и точка. Он вспомнил его слова о том, что врага нужно держать ближе, чем друга, и что Марат должен быть с ними, чтобы не подставить их. Он даже и подумать не мог, что Гера так спокойно захочет выгнать Марата. В его голове сейчас возникали предположения о том, что могло повлиять на его мнение.
– О как! А ваш главный-то начал шевелить мозгами, раз решил наконец-то выгнать крыс! – произнес Левон себе под нос. Если бы не нервное состояние Эмиля, он даже повеселился бы, наблюдая за происходящим.
– Да, – медленно произнес Марат, – мне не нравятся твои решения. И нет, я не собираюсь уходить из «семьи», – Марат мельком оглядел всех парней. – А ты, я смотрю, так и мечтаешь избавиться от меня?
Гера промолчал. Он выжидающе смотрел на высокомерного подростка. Вдруг у Марата изменилось выражение лица, и он засмеялся.
– Так ты реально выгоняешь меня? – произнес он сквозь смех.
– И что же тут смешного?
– Ха! Да, может то, что ты не в состоянии никого выгнать!
Эти слова были как пощечина для Геры. Наблюдатели удивлено переглянулись. Некоторых парней ответ Марата позабавил, и они откровенно скалили зубы.
– И почему же ты так решил? – по голосу Геры всем стало ясно, что слова Марата выбили его из колеи. Из нападения он перешел в оборону. Эмиль заметил, как главарь слегка опустил голову и напряг плечи. Он был похож на загнанного зверя. Такой вид был ему не свойственен. Марат же этого не замечал. Он издевательски улыбался.
– Обстановка накаляется. Может, пойдем отсюда? – не рассчитывая на успех, произнес Левон.
Эмиль перенял напряжение Геры на себя. Как всегда в таких случаях, он неосознанно сделал шаг навстречу Марату. Эмиль сам того не знал, но его чувство справедливости всегда толкало его вперед, чтобы защитить слабого. Настроение Марата резко изменилось. Что-то осознав, он перестал посмеиваться. Улыбка превратилась в оскал.
– Ты вечно такой белый и пушистый! – прошипел он. – Ты все время хочешь быть для всех хорошим. Ты не в состоянии принять такое решение! Ты как хомячок: вечно что-то суетишься, пыжишься, а толку никакого. Ты не в состоянии даже укусить!
Это было началом революции и концом демократии их главаря. Эмиль не думал, что это начнется так скоро.
Гера, хоть и ждал отпор, но к такому резкому ответу, пропитанному ядом, не был готов. Он на секунду вытянул шею, будто в удивлении, а затем снова опустил подбородок и сжал кулаки. Его глаза налились кровью.
– Раз этот гаденыш решил устроить стычку именно сейчас, значит, он уверен в своей победе, – сказал Левон и взглянул на слепого старика.
Тот был чернее тучи. Хранитель Марата сжался так, будто ему было стыдно за своего подопечного. Его мутные глаза блестели, а губы слегка подрагивали.
– Ничего не хочешь предпринять? – обратился Левон к нему.
Но старик, как обычно, полностью игнорировал Левона и смотрел в пустоту. Левон раздраженно фыркнул. Эмиль вдруг понял, что у многих парней поднялось настроение. Они улыбались, посмеивались и подначивали Марата. Кто-то делал это открыто, а кто-то улыбался лишь глазами. Эмиль стал рассматривать каждого. Его поразило то, что большинство поддерживает Марата. Именно этого он и боялся.
Эмиль с нервным нетерпением стал ждать твердой реакции от Геры. Он надеялся, что глава сможет на корню пресечь выходку Марата. Но Гера почему-то не решался действовать. Если бы это был Ринат, то все, включая Марата, были уже как минимум покалечены, а как максимум мертвы. А будь на месте него сам Эмиль, он бы уже давно повалил Марата с первого удара и бил бы его до тех пор, пока тот не перестал сопротивляться.
Ухмылка Марата снова вернулась, когда он понял, что Гера трусит. Подросток видел, что поддержки у него почти нет. Это и отличало его от Рината, Марата и даже Эмиля. Они не размышляя бросались в бой, как звери. А Гера всегда все анализировал, что и делало его слабым.
– Хомячок значит? – выдавил Гера с непонятной усмешкой. – Ну а ты, значит, крыса, Марат! Я хотя бы не такой грязный и вонючий! – звуки веселья стихли.
– Че ты вякнул! Крыса? Я? – Марат сделал два решительных шага навстречу.
– А кто, если не крыса сдает своих свиньям в погонах, а? – Марат, приготовившийся уже бить, остановился. В его глазах снова проблеснул страх.
– Че еще за чушь? – попытался Марат вернуть себе уверенность.
